Зенит

Меня прошиб холодный пот. А что, если Елизар сейчас подойдёт и, как ни в чем не бывало, заговорит со мной и захочет познакомиться с моей подругой? Допроса не избежать! Эта сумасшедшая женщина вполне может принести завтра в школу утюг, чтобы вытянуть из меня все подробности. Да она даже забудет про свои локоны, когда у неё на горизонте появится история интереснее этого традиционного школьного Осеннего бала. Только бы Елизар не стал вмешиваться.

– Локоны или прямые? – вдруг резко толкнула меня Алиса, отчего я серьёзно пошатнулась и потеряла равновесие.

– Прямые, – выкрикнула я испуганно, выдернутая из своих панических размышлений.

– Так то лучше. Будут прямые, – хихикнула Алиса, наконец-то успокоившаяся и чётко представляющая свой вечерний образ. – Уверена, они будут смотреться лучше.

– Да, будут смотреться лучше, – зомби голосом повторила я, оглядываясь назад на Елизара.

Мой телефон завибрировал в кармане. Это заставило меня вздрогнуть.

«Она долго ещё будет тебя преследовать», – Елизар.

«Нет, мы с ней идём только до школьных ворот», – быстро ответила я ему.

– Знаешь, эта коза Инесса предложила мне сделать локоны, а потом я узнала, что сама она собирается выпрямить волосы. Уверена, она сказала так, только чтобы я не сделала так же, – продолжала свой монолог Алиса.

– Полностью с тобой согласна, – поддакивала ей я, то и дело оборачиваясь на Елизара, желая как можно скорее расстаться с Алисой.

– Спасибо, – поблагодарила меня Алиса.

Знала бы она, что я её даже не слушаю, не торопилась бы с благодарностями.

– Жаль, что ты не придёшь вечером, – с искренним сожалением в голосе пролепетала она и посмотрела на возбуждённую меня.

– Ты же знаешь, что я не люблю подобные мероприятия и всячески пытаюсь остаться в стороне.

– Да знаю. Тогда до завтра, – попрощалась она со мной, когда мы вышли за школьные ворота.

– До завтра, сделай их сегодня всех, – во все зубы улыбнулась я и, обняв подругу, поспешила за угол.

Алиса не оборачиваясь направилась домой своей дорогой, что-то энергично набирая в своём телефоне и цокая каблучками своих осенних сапожек.

– Что за мероприятия, которые ты не любишь? – догнал меня Елизар и ослепительно улыбнулся.

С его лица каким-то магическим образом сошла вся опухоль, а от ярко-выраженных синяков почти не осталось и следа, лишь корочка засохшей крови на брови, которая ещё только позавчера болталась, как нечто инородное.