Пестрая бабочка

– Что вы имеете в виду?

– Как что? Мертвецов, конечно!

– Вы не поняли, – вздохнула я, – встают? Шевелятся просто? Пляшут? Выходят за пределы ограды? Людей едят?

– Пляшут? – изумился полковник, аж отложил свою сигару.

– Ну да, бывает, знаете, устраивают пляски костей, людей в них затаскивают… Totentanz.

– Да нет, мертвячьи кости! Этого еще не хватало.

– Тогда – что именно происходит?

Бургомистр достал откуда-то из ящика стола несколько помятых листов и всмотрелся в записи.

– Неделю назад видели огоньки какие-то на погосте, бледные, но перемещались.

Сторож чуть не поседел. Потом нашли у ограды скелет – и могилу раскопанную. А третьего дня – видели какую-то фигуру в саване, тоже светилась и тоже ночью. Я уж подумал – может просто все спалить это кладбище, к хренам мертвячьим? А тут вы. И вот.

Я почесала щеку, задумавшись.

– А вы уверены, что не балуется кто-то?

– Думаете?

– Ну, огоньки – это элементарно, свечи или грибы светящиеся, могилу раскопать – тоже труд невелик. Или сшить белый балахон и подсветить?

– Почему вы так думаете?

– Потому что не убили никого, – призналась я, – вставший мертвец, если это не высшая нежить и не кто-то подконтрольный, всегда хочет жрать.

И идет к живым.

Полковник посмотрел на меня, раздумывая над сказанным.

– Если бы тут уж мои ребята на страже были, я б сам разобрался. Они у меня такие – мертвяка лысого не боятся. Тем более, это мертвяки и есть, – добавил он.

– Ладно, давайте я зайду туда ближе к ночи. Магию проверю и вообще…

– Одна?! – приподнял полковник кустистую бровь.

– Я тоже неплохо с огнем работаю. Да и к тому же, кажется мне – шутки это все чьи-то. Сама на втором курсе так развлекалась. Не переживайте, в общем, ночью гляну – завтра расскажу.

– Ночью?! Хотя бы возьмите с собой баронета!

– Подумаю, – улыбнулась я, – не уверена, что понадобится. Я же пока только взглянуть. Просто из-за ограды и все. А что ночью, так днем же все тихо, да?

– Уверены?

– Ага, – это был первый раз всю мою жизнь, когда кто-то воспринял меня всерьез, и я наслаждалась моментом, – мы в академии три последние года на такой практикум раз в неделю ходили – мертвецов упокаивать.

Достаточно привычное дело.

– Не говорите «последние».

– А?

– Примета плохая. «Крайние».

– Хорошо. Крайние. А завтра зайду – расскажу, что вышло.

– Но на само кладбище не полезете?

– Да нет же.

– Точно?

– Точно. Одним глазом гляну и все.

– Ну, мэтресса, уважаю! Вы не из пугливых.