Пестрая бабочка

– Не переживайте, – покачала я головой,– свое дело знаю, не смотрите на возраст.

Идальго колебался пару секунд: поверить моим словам или собственному зрению, но сдался, по-видимому, и дал мне шанс.

– Заболтал я вас. Вы давайте, езжайте домой, устраивайтесь с дороги, а завтра валяйте-ка ко мне сюда обедать, все и обсудим в спокойной обстановке, согласны?

– Договорились, – улыбнулась я, внезапно мне ужасно захотелось лечь на собственную кровать.

Полистать книгу или подремать немного. Месяц пути с непривычки дался непросто.

– Секретарь!!! Проводи мэтрессу! Да дай ей с собой ящик энтильского!!

Обалденный мужик. И неожиданно мне пришла в голову мысль про Ника. Каково ему будет возиться со мной, когда в городе и стражи не хватает, и вообще нормальных мужских дел полно. А мне чего? В поместье – из поместья, и всего дорог. Я решила познакомить их с полковником и посмотреть, может, сработаются? Ник, вроде, был когда-то капитаном. Ладно, это завтра.

Дорога до поместья «Золотой берег» заняла ровно столько времени, как и обещал бургомистр – полчаса, даже с поправкой на две кареты.

Само здание пряталось в тенистом парке или даже скорее облагороженном куске леса, совершенно невидимое от кованых металлических ворот. Мы въехали во двор, и нас встретил здоровенный детина с глуповатым выражением лица. Плотное тело обтягивала относительно чистая льняная рубаха, к которой вполне подходили холщовые штаны и мокасины.

– Привет, – поздоровалась я, выходя из кареты.

– Здрассе, – он потер рукавом нос, остановившись в паре метров от нас.

– Я – мэтресса Кристина, – представилась я, когда пауза началась затягиваться.

– А я – эээ…

Казалось, что парень забыл свое имя. Я ждала, дружелюбно улыбаясь.

– Меня кличут Сукин Сын! – выпалил парень и покраснел.

– Так, понятно. А давай мы тебя будем звать по другому? – предложила я. – Какое имя тебе нравится?

– Не знаю…

– Ладно, – вздохнула я, – будешь Ричард. Дик. Пойдет?

– Ага!

Я дала ему монетку «на пряники» и пошла к дому пешком, пока кареты свернули в сторону хозяйственных построек, где должна была быть конюшня.

В холле меня встретил дворецкий. Пожилой седой мужчина с шикарными бакенбардами, худощавый и совершенно невозмутимый. Его спина была настолько прямая, будто он еще в детстве проглотил длинную жердь и теперь прилагал все усилия, чтобы жить абсолютно перпендикулярно земле. Мне ужасно захотелось вытащить из готовальни с чертежными принадлежностями транспортир и померить углы.