В ловушке страсти

В фиалковых глазах читалось ослиное упрямство и готовность сдохнуть, но не отступить. Богиня, ну почему?

Я поняла в какую ловушку загнала себя и успела пожалеть, что вообще начала ставить условия. Надо было ограничиться угрозами, а потом “простить” его – в другой раз сам бы не полез. К счастью, удалось вывернуться. Когда прозвенел гонг, отмечая окончание первой лекции, на руках у меня был подписанный магический договор, а в изрядно взбаламученной душе снова воцарился мир и покой.

Проректор, как оказалось, неплохо владел композитарными чарами, сращенная им ткань не спешила расходиться, и само платье выглядело как новенькое.

Остаток дня я, запретив себе думать о ди Небиросе, прилежно записывала лекции и мило общалась с друзьями, обсуждая каникулы и будущий учебный год. Наверное, и вовсе о нем забыла, если бы не его горящий взгляд, который неотрывно преследовал меня, угрожая прожечь кожу. Даже Ингрид заметила.

– Новенький с тебя глаз не сводит.

Я сдержала порыв оглянуться, но лопатки зачесались с удвоенной силой.

– Это его проблемы.

– А о чем вы разговаривали на “Общей теории магических частиц”?

– Да так… ни о чем.

– Так ни о чем, что Равендорф вас с лекции выгнал? – ехидно улыбнулась Игрид, и мне захотелось ее стукнуть.

– Подкатывал яйца, – буркнула я, мечтая, чтобы разговор прекратился. – Но я его отшила.

– Серьезно? – подруга вздохнула. – Он такой красавчик! Неужели родственник тех самых ди Небиросов?!

Красавчик? Снова невыносимо захотелось оглянуться.

В памяти всплыло его лицо – хмурое, мужественное. Перебитый нос, жесткий подбородок и фиалковые глаза, полыхающие то желанием, то яростью зверя…

Да пожалуй, красавчик, хотя это слащавое слово мало подходило ди Небиросу с его животным магнетизмом. Демоны все красавчики. Расовая особенность, не больше.

– Он бывший каторжник, отсидевший за изнасилование. К тому же нищий, отец отрекся от него и лишил наследства. Все что у него есть – смазливая внешность и фамильные понты ди Небиросов.

Рот Ингрид округлился буквой “О”, и я поняла, что через полчаса максимум новость о веселом прошлом Дэмиана будет на слуху у всей академии, а сам демон станет изгоем. Он и так плохо вписывался в нашу тусовку золотой молодежи, слишком уж выделяясь на ее фоне, а теперь…

Теперь его точно не примут даже в самую захудалую компанию вроде клуба садоводов. Кто-то побрезгует, кто-то побоится.

Снова кольнула совесть, но я успокоила ее тем, что это не тайна.