Ты мои крылья

– Сейчас куда важнее ответ на вопрос как ди Небирос вышел на вас. Рассказывайте все, что запомнили.

Под руководством безопасника она максимально точно воссоздала все перемещения человека (или нечеловека, в частные детективы куда чаще шли оборотни из мелких кланов) в сером плаще. Полковник слушал, кивал, задавал наводящие вопросы.

– Судя по всему, люди Андроса взяли пеленг на квартал и прочесывают его. Они знают, что сигнал исходит из данного района, но не могут определить его источник, – сделал он вывод. – А это означает, что маяк внутри дома.

– Почему?

– Потому что на стенах экран, затрудняющий сканирование, он рассеивает сигнал, – мужчина задумался. – Мы что-то пропустили во время осмотра?

Наама приподняла брови.

– Мы? Я не ослышалась, Равендорф?

– Я пропустил.

Так и подмывало съехидничать: “Стоило тщательнее искал маяк, а не мечтать, как бы завалить меня в койку”, но Наама сдержалась. Сама тоже думала не о тяжелой судьбе родины. Да и осмотр, насколько она могла судить, полковник провел тщательно и профессионально.

– Моя одежда?

– Я избавился от нее, как вы и хотели. И насколько я успел посмотреть, на ней ничего не было.

– А заколка?

– Обезврежена.

– Вы так уверены?

– Более чем, – он усмехнулся. – Я решил не рисковать, поэтому показал ее коллеге, который специализируется на поисковых заклинаниях.

Перед мысленным взором снова встал коварный подарок. Тонкая работа, клеймо лучшего ювелирного салона страны на брюшке серебряной летуньи. Наама бы не удивилась, узнав, что заколки делали на заказ специально для нее.

Внезапно в памяти во всех красках и мельчайших подробностях возникло то самое утро – последнее утро в Грейторн Холл. Уже одетая, она сидела перед зеркалом и небрежно водила щеткой по волосам. Сооружать сложную прическу не хотелось, поэтому Наама просто потянулась к шкатулке и извлекла двух бабочек, чтобы подколоть волосы с одной и с другой стороны…

– Торвальд! – она впервые назвала его по имени, но не заметила этого, захваченная пугающей мыслью.

***

Вторая бабочка нашлась в гараже. Лежала, поблескивая золотыми крыльями под лестницей, ведущей в дом. Судя по всему, заколка слетела, когда Равендорф с Наамой на руках поднимался по ступенькам, а взбудораженная встречей демоница этого просто не заметила.

Безопасник поднял украшение, провел над ним раскрытой ладонью и негромко выругался.

– Маяк? – с упавшим сердцем спросила Наама.