Ты мои крылья

– Давно?

– Я заметила сегодня днем. Человек или внешне неотличим от человека. Серый тренчкот. Волосы каштановые. Лицо такое… никакое. Округлое, нос картошкой, – она зажмурилась, пытаясь воссоздать в памяти облик ищейки до мельчайших деталей, и неуверенно закончила. – В руке что-то вроде маленького кейса.

– Он следил именно за этим домом?

– Не знаю, не уверена. Но он ходил рядом. Говорил с вашим соседом, – голос против воли задрожал, выдавая страшное нервное напряжение, в котором демоница находилась последние несколько часов.

– Разберемся, – пообещал бывший безопасник.

Наама тяжело выдохнула и вдруг поняла, что с плеч словно упал невидимый груз. Присутствие уверенного и опытного в подобных делах мужчины помогло лучше любых утешений. Страх перед людьми Андроса по-прежнему холодил душу, но порыв сорваться и бежать куда угодно испуганным зайчонком исчез.

Равендорф отмерил пять шагов от двери. Выразительно покосился на Нааму, а потом, словно решившись, выстучал по настенной панели сложный ритм.

Дерево отъехало в сторону, открыв нишу. Нанесенные внутри руны и оси магических фигур светились бледно-голубым.

– Что это?

– Что-то вроде профессиональной паранойи, – задумчиво отозвался мужчина, активируя дополнительные контуры. – Проект коттеджа при строительстве согласовывали со мной, а я люблю знать, что мой дом – моя крепость.

Он закончил, с негромким щелчком вернул панель на место и подошел к Нааме.

– Все. Теперь нас никто не увидит. А это лучше отдайте мне, – с этими словами он мягко, но уверенно отобрал у нее нож и положил на кофейный столик.

 – Еще порежетесь.

Ноги внезапно превратились в кисель. Наама без сил рухнула на диван. Ее колотила нервная дрожь.

– Не надо бояться, – Равендорф опустился рядом и положил руку ей на плечо, приобнимая в жесте защиты. – Я обещал, что в моем доме с вами ничего не случится.

Странно, но фамильярное вторжение в ее пространство не вызвало у демоницы никакого протеста. Возможно, из-за исходившего от анхелос искреннего желания помочь, поддержать.

Она помедлила и осторожно прильнула к мужчине, все еще готовая по первому сигналу сорваться с места, как пугливый зверек, но он не стал распускать руки. Только осторожно погладил ее по плечу.

Физический контакт способствовал ментальному. Наама глубоко вдохнула, погружаясь в эмоции анхелос. Все равно, что в изнуряюще жаркий день окунуться в прохладные волны: спокойствие, уверенность, собранность с ноткой сочувствия и заботы.