Счастливый случайный брак

Все арендаторы, с которыми он общался в эти дни, слезно рассказывали ему о своих проблемах, прося снизить арендную плату. Он не мог допустить, чтобы личные чувства мешали ему вести бизнес.

– Мы живем над кафе, – произнесла она до того, как он придумал подходящий ответ. – Если мы не сможем вести бизнес, мы потеряем свой дом. Но, по-моему, вам невдомек, что это может для нас означать!

Если бы это было так.

Он начал качать головой, но Николь шагнула ближе к его столу и прижала руки к груди в области сердца. Ее милый носик снова сморщился, и Ксавье стало тоскливо.

– Смогу ли я убедить вас отложить на время поднятие арендной платы? – спросила она дрожащим голосом. – Пожалуйста. Просто дайте мне шанс заняться более доходным делом.

– Как вы собираетесь это делать? – произнес он, искренне заинтересованный. – Разве на Хэмпстед-Хай-стрит нет других кафе?

Она слегка приуныла:

– Да. К сожалению, они есть. Но все они принадлежат крупным корпорациям. – Она махнула рукой. – В нашем кафе более уютная, семейная атмосфера.

Он поерзал в кресле:

– Не могу сказать, что я их большой поклонник.

– Вы просто играли не в те игры, – настаивала она. – Если вы придете к нам, вы поймете, сколько удовольствия вы можете от них получить. У нас четыреста игр на выбор. Мы даже научим вас играть.

Ксавье покачал головой, сдерживая улыбку. Меньше всего он хотел учиться играть в настольные игры, теряя драгоценное время.

– Все это интересно, – сказал он, пытаясь говорить без иронии, – но я не понимаю, как вы заработаете достаточно денег, чтобы платить мне арендную плату.

– Я над этим работаю, – заявила она и посмотрела на реку. Она держала руки вдоль тела, будто стараясь сохранить самообладание. – Мне потребуется время, чтобы сделать местную рекламу, обновить веб-сайт и опубликовать сведения на сайтах социальных сетей, – произнесла она, словно говоря самой себе. – Проблема в том, что я много работаю. Я прибираюсь в пабе с половины восьмого до десяти, потом я готовлю пирожные и бутерброды, которые мы продаем в кафе, открытое с одиннадцати вечера до трех утра.

Ксавье почувствовал себя еще более виноватым, когда она посмотрела на него усталыми глазами.

Он одернул себя.