Невеста демона, или Крылья для двоих

С ними интересно и весело, секс просто потрясающий. Но вы для них источник пищи – ярких и вкусных эмоций. И этого не изменить.

Глубоко личные нотки, застарелая боль, которая прозвучала в голосе мужчины, заставила Тасю приглядеться к Равендорфу внимательнее.

– Вы ведь говорите сейчас о себе?

Он кивнул.

– Моя избранница любила меня. Но она была демоницей. Причинять боль тем, кого любишь, у них в крови… – профессор оборвал рассуждения, перешел на свой обычный деловой тон. – Кстати, мы давно закончили, адептка Блэквуд, – Тася покраснела под насмешливым взглядом серых глаз, осознав, что до сих пор сидит без блузки.

***

Тихо и нежно пел саксофон. Сквозь крону дерева над головой светились разноцветные огоньки, отражались в темной воде, как в зеркале. Искусно установленные иллюзорные чары скрывали соседние столики и глушили чужие разговоры.

Если бы не музыка и не официант, изредка возникавший из темноты, можно было обмануться и поверить, что Тася с Мэлом совсем одни.

Тася откинула голову и беспечно рассмеялась. Мэл замер, не в силах оторвать от нее взгляда.

Такая хрупкая и такая красивая. Невесомые белокурые пряди собраны в высокую прическу. Белое платьице на тонких бретельках. Его девочка. Она – лучшее, что когда-либо происходило с ним.

Ее эмоции были, как нежаркое майское солнце. Согревали, дарили радость и покой. Мэл купался в ее радости, любви и до сих пор не мог поверить, что она с ним. Что простила его за все.

Он хотел ее, но секс не был главным в их отношениях. Ревновал, когда видел рядом с другими, но скрывал свою ревность. Мечтал защитить от всего мира, сделать счастливой. И до зубовного скрежета, до ночных кошмаров боялся потерять.

“Пора”, – решил он. Отодвинул прибор, встал и опустился у ее ног на одно колено.

Тревожно звякнула вилка о фарфор. В глазах белокурой девушки мелькнула тревога.

– Мэл… что ты делаешь?

– А ты как думаешь?

Демон улыбнулся, пытаясь за наигранным весельем скрыть нервозность. Стоя на одном колене, он ощущал себя на редкость глупо. Может, стоило обставить все это как-то иначе? Наедине, а не в ресторане.

Когда Мэл составлял план, ему казалось, он все учел. Все, кроме собственных чувств.