Водитель для Нины

Когда ты уже разменял четвертый десяток, полагается иметь и семью, и карьеру, и, для полного счастья, какое-то интересное хобби. У меня нет ничего из вышеперечисленного.

Правда, я немного увлекаюсь фотографией, но называть это громким словом «хобби» я бы не стала – ни выставок, ни конкурсов, ни студии. Птички да бабочки – вот мои шедевры! Так что, ничего интересного я из себя не представляю.

Пару лет назад я принципиально не пошла на встречу одноклассников, сославшись на занятость. На самом деле, мне просто не хотелось позориться.

Удивительно, как при неплохих, в общем-то, исходных данных, из меня не вышло ничего выдающегося. Я самая серая мышка на свете. Как в анекдоте про лузера, который на конкурсе лузеров занял второе место. Почему не первое? Потому что лузер…

Я родилась девятнадцатого июля и, угадайте, как назвали меня родители? Правильно, Олимпиадой! Да, из всех значимых событий они выбрали именно открытие Олимпийских Игр, хотя это произошло за несколько лет до моего рождения.

К тому моменту в нашей семье подрастало двое сорванцов, и младшенькая доченька оказалась как нельзя кстати.

Мама и папа обожали меня и всячески хвалили за любое малозначительное достижение:

– Липочка поет! Певицей будет!

– Липочка прыгнула! Балериной будет!

– Липочка рисует! Художницей будет!

Словом, даже если я просто ела кашу, то я делала это великолепно, талантливо, гениально, восхитительно и неподражаемо. Моих старших братьев, разумеется, родители тоже обожали и, в меру возможностей, баловали.

Но мальчишки есть мальчишки, с ними и отец был построже, и мама позволяла себе меньше «телячьих нежностей». Ну, а на мне отрывались за всех троих!

Воспитывать малышню моим родителям помогала бабушка. Ее спешно перевезли из деревни нянчить полугодовалого Серегу – первенца. Не прошло и года, как родился Димка, и пацанов стало двое. Как они жили в двухкомнатной квартире – мама, папа, бабушка и мальчишки-погодки, и не поубивали друг друга – я не знаю. К счастью, через год папе дали четырехкомнатную квартиру, и родители решились на третьего.

Так я и появилась на свет – благодаря щедрой советской власти, раздававшей квартиры.

Сама я так и не решилась на ребенка. С серьезными отношениями не сложилось. Пока все вокруг выскакивали замуж, разводились и выскакивали вновь, я твердо верила в то, что уж я-то выберу настоящий бриллиант. Раз и навсегда. Но все, кто проявлял ко мне интерес были, по моим меркам, неудачниками. А мне хотелось принца.

Шли годы.