С тобой, словно в раю

Слава Богу, он жив!

Елена сморгнула набежавшие на глаза слезы, приказав себе не расклеиваться.

– Калеб! Ты меня слышишь? – прошептала она, наклонившись к нему и вдохнув его запах, преследовавший ее все эти годы.

Какая-то женщина спросила о чем-то по-испански. Елена в ответ лишь покачала головой, не в силах сейчас вспомнить на этом языке даже фразу «Я вас не понимаю». Женщина озадаченно нахмурилась, а затем перешла на английский:

– Вы англичанка?

Неужели это так очевидно? Наверное, да, ведь на ней сейчас слишком теплый для Барселоны шерстяной костюм, а кожа настолько светлая, что кажется полупрозрачной.

– Да, – с облегчением отозвалась Елена. – Я не говорю по-испански. Мне нужно вызвать скорую. Вы не могли бы мне помочь?

– Не беспокойтесь, – ответила женщина. – Мой муж уже позвонил им.

Калеб тихо застонал, и Елена резко обернулась. – Как ты? Мне так жаль! Это я виновата!

По крайней мере, Елене так казалось, хотя разумом она понимала, что это был несчастный случай.

И все же ей надо было уйти отсюда сразу после разговора с Калебом, чтобы дать ему немного остыть, успокоиться. После можно было бы вернуться – с ясной головой, с подготовленным планом, – вместо того чтобы бродить туда-сюда, словно лунатик, перед «Арайя индастриз». Наверное, Калеб заметил ее и спустился, чтобы спросить, какого черта она тут делает.

Услышав, как он окликнул ее, выйдя из здания, Елена сперва решила, что Калеб передумал и собирается все-таки ее выслушать. От радости сердце перевернулось у нее в груди.

Женщина, заговорившая с Еленой на английском, мягко положила руку ей на спину.

– С ним все будет хорошо, не беспокойтесь. «Скорая» уже едет.

Елена кивнула с благодарностью, глаза ее снова наполнились слезами.

– Он шел через дорогу ко мне и не заметил тот мотоцикл.

– Вы тут ни при чем, – попыталась успокоить ее собеседница, сочувственно погладив по руке.

Если бы только это было правдой! Елена и так ощущала себя виноватой за те страдания, которые причинила Калебу в прошлом. И вот она стала причиной его новой боли – на этот раз не душевной, а физической. Если бы не Елена, он не попал бы под мотоцикл.

Секунду спустя гул собравшейся толпы перекрыла сирена, из-за угла вывернула машина скорой помощи и остановилась неподалеку.