Инстинкт сохранения любви

– Что вы хотите? – спросил он грубо и настолько резко, что Кара машинально сделала шаг назад и едва не упала со ступенек.

– Макс Файербрэйс? – Она с досадой услышала собственный дрожащий голос, ставший реакцией на его неожиданную враждебность.

Мужчина нахмурился:

– Я не работаю с благотворительными организациями.

Глубоко вздохнув, Кара натянула на лицо самоуверенную улыбку и ответила, стараясь сохранять терпение:

– Я не из благотворительного фонда. Пришла устраиваться на работу.

Исходящая от него враждебность была подобна яростной буре с громом и молниями.

– О чем это вы? Я никого на работу не нанимаю.

Кровь бросилась в голову, Кара в смятении уставилась на него.

– Правда? Но моя кузина Поппи сказала, что вам нужен личный ассистент, поскольку у вас слишком много работы.

Макс скрестил руки на груди и покачал головой, начиная догадываться, о чем речь.

– Я всего лишь сказал Поппи, что подумываю нанять кого-нибудь, чтобы она постоянно не маячила у меня за спиной, – раздраженно заявил он.

Кара в замешательстве смотрела на него, изо всех сил пытаясь побороть накатывающую тошноту.

– Значит, вам не нужна помощница?

Закрыв глаза, он провел ладонью по лицу и нетерпеливо вздохнул.

– Да, я очень занят, и у меня даже нет времени проводить собеседование с кандидатами, не говоря уже о том, чтобы обучать их. Так что прошу меня извинить.

Макс уже собрался захлопнуть дверь у нее перед носом, но Кара не дала ему этого сделать.

– Постойте! Прошу вас!

На его лице отразилось раздражение и удивление, он остановился и снова приоткрыл дверь на несколько драгоценных дюймов.

Кара восприняла это как знак свыше и, торопливо подобрав папку, расправила плечи и начала речь, которую репетировала с прошлого вечера, сразу после получения письма от Поппи.

– Я отлично разбираюсь в своей области и быстро учусь всему новому, шесть лет проработала персональной ассистенткой, так что вам не придется меня многому учить.

– Я умею самостоятельно принимать решения, аккуратна и внимательна. Вы сами в этом убедитесь, когда примете меня на работу, – заявила она, из последних сил изображая уверенность, которую уже не ощущала.