Невеста из проклятого рода. Книга 1

Но все-таки в чем-то сестра права: мы совершенно не умеем общаться с мужчинами. И сегодняшняя аудиенция у короля показала, что мне лучше помалкивать.

Вскоре нам принесли обед. Если жаркое меня не впечатлило, то крошечные пирожные привели в восторг. На языке раскрывался восхитительный вкус сладких фруктов, карамели и чего-то соленого. Удивительное сочетание.

Подлив еще чая, я съела несколько пирожных и с трудом остановила себя.

– Правильно! – усмехнулась Эстер. – В платье не влезешь.

– Нам же обещали пошить новый гардероб! – вспомнила я и хищно уставилась на последнее пирожное на тарелке.

Едва я протянула руку, как Мелисса схватила его и засунула в рот. Из моего горла вырвался возмущенный вздох, рядом хихикнула Эстер. Это она подговорила сестру!

Нашу дружескую перепалку прервал шум. Дверь стремительно распахнулась и ударилась о противоположную стену. В комнату влетела женщина лет пятидесяти в богатом платье. Несмотря на возраст, незнакомка все еще была красивой – стройная фигура, светло-каштановые волосы, убранные в прическу, правильные черты лица.

– Все-таки это правда! – буквально выплюнула гостья. – Роберт притащил в мой дом выродков рода Кэнн!

Я поежилась. Кажется, перед нами герцогиня Лайран. Вот и первые неприятности, о которых предупреждала мама.

– Простите, леди… – начала было Эстер, но ее перебили:

– Я не позволяла тебе открывать рот! Грэг Кэнн убил моего отца, явив свою подлую натуру! Роберт – хороший король, но насчет вас он ошибся. Порченая кровь еще покажет себя.

От ее слов я опешила, но следом пришло раздражение. Я не одобряла поступка своего деда, даже стыдилась его. Но мы – не он! Однако вряд ли герцогиня, потерявшая отца, сможет понять нас.

– Вы ошибаетесь, леди Лайран, – ответила Эстер, поднимаясь.

Я никогда не видела сестру такой: в прищуренных глазах искры гнева, подбородок вскинут. Обычно сдержанная Эстер была очень зла. Невольно я восхитилась ею.

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне! – прошипела герцогиня и замахнулась.

Я поймала ее запястье, не дав отвесить пощечину Эстер. Внутри клокотало негодование, запертый в теле огонь вновь принялся печь под кожей, реагируя на мои чувства.