Кафедра артефактов 1. Связанные магией

В моих предках затесалась дриада. У меня две сестры, но она пробудилась только во мне.

– Поэтому тебя упекли в монастырь?

– Именно, – в словах Амелии послышалась горечь. – Но хуже всего то, что иногда я и впрямь становилась дриадой. Меня начинало тянуть в лес, а каменные стены замка порождали мигрени. Даже собственное тело казалось клеткой, ведь душа рвалась на свободу. Прежде дриады вселялись в деревья или вовсе летали по миру, держась рядом с растениями.

Я не нашлась с ответом, и Амелия продолжила.

– Последние четыре года превратились в пытку. Иногда я просыпалась человеком и чувствовала себя вполне обычно. Монастырь, конечно, невероятно скучное место, но с этим можно смириться. А иногда… – Она судорожно выдохнула и замолчала на пару секунд. – Словом, за неделю до того, как отец сообщил мне о помолвке, я практически сошла с ума. Зелья, подавляющие древнюю кровь, не действовали, и дриада внутри вопила дни и ночи напролет, моля освободить ее хотя бы на несколько часов.

– Но я ведь слышала тебя в своей голове, – неуверенно возразила я. – Выходит, ты все еще внутри.

– А сейчас я над левым ухом, верно?

Я резко обернулась, но никого не увидела. Сглотнув вставший в горле комок, кивнула.

– Да… И что это значит? И причем здесь я?

В голове кружил ураган мыслей, но ничего дельного выудить не получалось.

– Когда я освободила тело, его заняла твоя душа, лишившаяся материальной оболочки. А я… Теперь мое сознание представляет собой чистый эфир. Я могу кружить рядом или отправиться в путешествие… Вот только вернуться назад, в свое тело, не выходит. Для этого я сначала должна соединиться с лесом, но мое человеческое тело не вышло из ствола дерева и не связано с ним.

– То есть у тебя было тело человека, но душа дриады? – я потерла виски, пытаясь осмыслить историю Амелии.

Карета покачивалась и слегка дребезжала на ходу, а на стенах плясали тени от магических фонариков. Мне то и дело казалось, что если я как следует напрягу зрение, то увижу собеседницу… Тщетно, в этом мире она не существовала.

– Верно, и шанс на то, что я сумею вернуться, очень мал, – подтвердила Амелия.

– Но если ты все же вернешься…

– Одна из нас должна будет уйти, – закончила она.