Зрячие

 – Мы слегка выбились из графика, и я бы хотел сперва связаться с каждым членом отряда, чтобы убедиться в том, что все идет так, как планировалось.

– Я умею, – шагнув к сваленным в кучу тюкам, произнес Кваху. – Позвольте мне заняться этим, мистер Лонг.

Согласно кивнув, шериф поднес к лицу полицейскую рацию. По хмурой лесной тиши тут же разлетелись во все стороны звуки прерываемого грозой эфира – сухое шипение, визгливые хрипы и обрывки мужских голосов.

– Все в полном порядке, – удовлетворенно заявил шериф спустя какое-то время, и в его голосе проскользнуло явное облегчение.

До запуска первой сигнальной ракеты оставалось еще полчаса, а потому Лонг сперва аккуратно оттащил свертки с вещами под растянутый Кваху непромокаемый тент, а затем забрался под своды вместительной палатки, чтобы укрыться от противных капель дождя.

Лагерь, разбитый под хвоей молчаливых сосен, надежно укрывал троицу от бушующей наверху стихии, однако проворные прозрачные капли все же то и дело просачивались сквозь разлапистые ветви сосен, в падении разбиваясь на сотню мелких брызг.

В индейском лесу было тихо и мрачно. Казалось, что от отсыревшей насквозь земли исходил какой-то загробный холод, и, если бы не высокий костер, который соорудил Кваху, все трое уже успели бы продрогнуть до костей.

Хантер сидел у самого входа в палатку, обхватив свои колени руками, и молча наблюдал за тем, как из недр багряного пламени то и дело вырываются оранжевые искры.

– Здесь так тихо и спокойно, – заметил Кваху, сидевший рядом. – Я уже очень давно не бывал в местах вроде этого.

– Твоя резервация тоже доверху обросла лесами? – поинтересовался шериф, только что окончивший очередной радиоэфир.

– Нет, – индеец покачал головой. – Моему племени повезло гораздо меньше, чем жителям Пайнс-Крик. Нас выселили к самой прерии, так что все, что меня окружало с самого детства – это обожженные солнцем сухие деревья, оранжевые скалы и песок.

– Кваху пришлось покинуть родные края, – добавил Хантер, по-прежнему таращась куда-то в недра костра. – Его резервация стремительно погибала, и у него не оставалось иного выхода.