Похититель бабочек

– Вы мне не сказали ровным счетом ничего, – я потираю ушибленную ногу, пульсирующую болью под самым коленом. – И отказываетесь делиться фактами. Почему я вообще должен прислушиваться к вашим советам?

– Вы расстроены, мистер Хансон, – спокойно отвечает Бейтс. – Это совершенно нормальная реакция в подобной ситуации. Поверьте, мы сделаем все возможное, чтобы найти вашу сестру. К этому делу привлечены лучшие специалисты округа.

– В самом деле? – я ощущаю, как внутри закипает гнев. – Это лучшие специалисты округа решили, будто в похищении моей сестры виновна умственно-неполноценная Саманта Никсон, вдобавок долгие годы страдающая анорексией?

– Мы делаем выводы, основываясь на фактах, – глухо произносит лейтенант.

Набираю полную грудь воздуха, чтобы успокоиться. В горле по-прежнему противно плещется тошнота.

Очевидно, таинственный незнакомец в самом деле был прав. Полиция твердо убеждена в том, что за похищением Беллы стоит Саманта.

Если я не приду на помощь сестре, она будет обречена. Вряд ли похититель станет возиться с ней слишком долго. Сейчас у меня есть немного времени – к счастью, он решил поиграть со мной в какую-то больную игру, а потому вряд ли станет убивать Беллу, пока я выполняю его условия.

Но кто знает, как долго он планирует этим заниматься? Я не могу терять ни минуты.

– Ладно, – я машинально отмахиваюсь и утираю взмокший лоб. – Вам виднее, лейтенант.

Нет смысла спорить с полицейскими. Пока у меня нет новых улик, никто меня слушать не станет. К тому же, как бы грустно ни было это признавать, таинственный незнакомец оказался прав.

Возможно, сейчас он действительно единственный мой союзник.

– Вы больше ничего не хотите рассказать? – интересуется Бейтс перед тем, как повесить трубку, и я понимаю, что это такая же дежурная фраза, как и все остальные.

В моей голове вспыхивают обрывки пугающего письма. Одному дьяволу известно, что творится в голове этого сумасшедшего ублюдка. Вот почему мне не стоит его злить. Жизнь моей сестры сейчас зависит только от меня. От каждого решения и каждого действия, которое я предпринимаю.

– Нет, – твердо отвечаю я. – Я ничего не знаю.