Магистр Тайной Печати. Книга 1

Ещё двести лет Айрин сопровождала Донну, заботилась о ней и тщетно пыталась отыскать вампира, который согласился бы её обратить. Сама Донна сделать этого не могла. В её крови не было нужного гена, она стала вампиром не через вирус, а в процессе обретения души. Кроме того, Донна-вампир не питала к Айрин дочерних чувств, и в один прекрасный день, когда назойливая опека Рини ей осточертела, она сбежала. Отыскать следы вампира, когда он этого не хочет – невозможно. Так, Рини утратила связь с существом, которое по сути уже не было Донной.

Тем временем воссозданные Айрин женщины жили в её родовом замке. Они следили, чтобы владения сохраняли свой первозданный вид, заготавливали для Рини колдовские реактивы, благо замок окружают вековые леса. На плодородных землях фамильного владения дю Плесси, они разбили роскошные виноградники и занялись виноделием. Со временем, благодаря опыту и знаниям, накопленным трудолюбивыми дамами за века, эта забава переросла в доходный бизнес, вино у подружек Айрин получалось восхитительным.

Время от времени, для сохранения земель и родового замка Рини приходилось разыгрывать из себя верную подданную правящего короля. Она устраивала охоты и балы для королевских особ. Но прежде чем уведомить о своём приглашении королевский двор, она отправляла ко мне Матье для согласования даты моего визита, во время которого я должен был играть роль любящего супруга перед свитой очередного монарха. Я с пониманием относился к подобным представлениям, и каждый раз надеялся, что наш спектакль обернётся правдой и моя любимая вернётся ко мне.

Преследование клана вампиров увенчалось для неё сомнительным успехом, она завела себе любовника вампира. Не рядового члена клана, а вампира-воина. В армии Сообщества Пьющих Кровь этот тип носил чин полковника, что указывало на его родовитость. Высокий, хорошо сложённый, длинные платиновые волосы, холодные серые глаза. Его можно было бы назвать красавцем, будь он теплокровным, а так… Нежить – одним словом.

Вайолет.

Это было в 1701 году, во Франции. Поздним вечером я неспешно прогуливался вдоль Сены, размышляя о текущем задании Самаэля. На набережной было безлюдно, тускло светили масляные фонари. В воздухе, переплетаясь с дымом из печных труб окрестных домов, разливались запахи сырости и тумана. Утомлённый за день город погружался в сон.