Последний Намсара. Плененная королева

Душа девочки была в руках Небесной Ткачихи.

И Сандер решил все исправить.

Он застал богиню душ за ткацким станком. Продольными нитями ее ткани были сновидения живых, поперечными – воспоминания мертвых. Заслышав шаги Сандера, она остановила челнок и отложила нити.

Сандер упал перед ней на колени и взмолился.

– Твоя просьба имеет свою цену, – сказала Небесная Ткачиха.

– Какой бы она ни была, я заплачу.

Богиня поднялась из-за станка.

– Вот твоя душа, что осталась в долгу. Твоя смерть, что была обманута.

Сандер закрыл глаза и подумал о дожде, орошающем землю, о солнечных лучах, ласкающих посевы и о силе своих рук.

– Я могу вернуть душу твоей дочери. Могу вернуть ей жизнь.

Небесная Ткачиха взяла свой нож.

– Но только ты можешь за это заплатить.

Стоя на коленях, Сандер взглянул на безликую богиню и произнес:

– Тогда возьми мою плату.

Небесная Ткачиха подняла нож… и отрезала нить его души.

1

Сестра сказала: нужен год, чтобы поднять армию, свергнуть тирана и выйти замуж за короля.

Роя сделала все это за три месяца.

И сейчас она сидела за отполированным до блеска резным столом из акации, в самом маленьком зале во дворце своего отца. В воздухе витал сладковато-дымный аромат, в ее плечо впивались коготки Эсси, а босые ноги нетерпеливо притоптывали по плетенной циновке.

Начался пятый день переговоров по условиям мирного соглашения.

Парадное оружие каждого присутствующего было сложено в центре стола – длинные и короткие ножи, искусно выкованные булавы, сверкающие серпы – все это лежало вне досягаемости как знак доверия.

Она не отводила взгляда от пустого кресла слева, вспоминая молодого человека, что обычно там сидел. Широкие плечи. Золотисто-карие глаза. Темные волосы, откинутые назад, открывающие красивое лицо.

Тео, наследник Небесного Дома.

Бывший жених Рои.

Он всегда был упрям. Мысли Эсси проникли в сознание Рои, когда коготки сокола в очередной раз сжали ее плечо. Но никогда в своем упрямстве он не заходил так далеко.

Роя погладила птицу по белоснежному крылу. Между ними давно установилась связь – Эсси называла ее гулом, и этот гул искрился и согревал изнутри.

«Я предала его, – подумала Роя. – Не удивительно, что он не хочет ни видеть меня, ни разговаривать».