Сладкий лжец

Однако откуда-то с задворок сознания доносился новый шепоток, едва узнаваемый отголосок, который мне не хотелось слышать. Я игнорировал этот надоедливый голос с момента последнего сотрясения мозга. Он очень напоминал голос моего врача. Я ненавидел этого парня.

Знаю, ненавидеть людей, которые хотят помочь тебе, неправильно. Но я ненавидел. Ведь что ему вообще могло быть известно? Я знал свое тело лучше кого бы то ни было. Моя жизнь была идеальной. Никто и ничто не могло этого изменить.

Поэтому я затолкал этот жуткий коварный голосок обратно во тьму, из которой он явился.

Мне всегда хорошо удавалось избавляться от вещей, которые не имели значения. Сосредоточься на призе. Сконцентрируйся на игре. Держи тело в тонусе, а разум – чистым.

Я проделывал этот фокус, когда начиналась игра. Проделывал каждый раз.

Так продолжалось до тех пор, пока я снова не услышал этот проклятый голос: я был в атаке, и шайба застряла в борту. Впервые в своей жизни мне пришлось испытать настоящий страх.

Я слышал, что в худшие моменты время замедляется. Но со мной так не было.

В один момент я боролся за шайбу, упирался плечом в бортик, чтобы защититься. А в следующий… Удар заставил меня закружиться. Второй удар – двухметровый, стокилограммовый защитник, несшийся на полной скорости, – сбил меня, будто товарный поезд.

Голова впечаталась в стекло, а затем в ней будто взорвалась бомба.

Игра окончена.

Гасите свет.

Эмма

Жизнь была хороша. Так вообще можно говорить? Порой мне казалось, что нет. Будто признавая, что я счастлива и все желаемое постепенно плывет мне в руки, я могла сглазить. Но, черт подери, жизнь действительно была хороша.

После многих лет борьбы за то, чтобы стать актрисой – боже, от отчаяния мне пришлось взять роль в рекламе и сыграть девушку с диареей; попробуйте упомянуть об этом в беседе на свидании и посмотрите, что из этого получится, – я наконец-то получила главную роль в популярном телесериале.

С какой теплотой я вспоминала первую встречу каста. Большинство из нас были новенькими лицами в индустрии, по сути – никем, но мы все жаждали оказаться там.