Кровоцвет

В памяти всплыли стишки, которые я сочинила, чтобы запомнить названия и целебные свойства различных трав. Терн остановит жар и лихорадку. Поможет шалфей при мигренях и припадках…

Я подошла к рабочему столу и зажгла лампу, пытаясь выкинуть из головы навязчивые строчки. Они как были сущим наказанием, так им и остались. Меня пускали в эту комнату со всевозможными диковинками, святая святых Онэль, только при условии, что я выучу название и применение каждого растения из ее коллекции. А их были целые сотни. До конца списка, впрочем, я так и не дошла.

Смерть отца все изменила. Я пыталась навещать бедных в одиночку, но была слишком мала, слишком убита горем – и надолго меня не хватило. После того, как у меня перед лицом в сотый раз захлопнули дверь, злобно прошипев «ведьма», я бросила это дело.

Хотя они много лет пылились на полках, большую часть снадобий узнать было нетрудно. Вот настойка из пижмы девичьей, хорошее средство от ушибов и синяков. А вот спиртовой экстракт этой же травки. Он снимет отек суставов.

Ведьмин орех поможет при болезнях кишечника. Первоцвет – при мышечных болях. Тоник из коры белой ивы ускорит выздоровление и придаст сил. Телорез заживит раны. Бутылочки и склянки шли в один ряд и занимали те же места, на которых стояли в моем детстве.

На столе сгрудились стеклянные аламбики и медные реторты, а рядом – пузырьки и кубки всех возможных размеров. В темноте они напоминали очертания заколдованного замка. С замиранием сердца я пробежала ладонью по внутренней стороне столешницы.

Ага! А вот и ключ.

Онэль вечно ругала меня за невнимательность, ворчала, что я витаю в облаках, а сама и не подозревала, как пристально я следила за ней в годы своего ученичества. Когда ей казалось, что я не смотрю, она брала этот маленький ключик, подходила к дальней стенке, отодвигала в сторону склянки на третьей полке сверху и вставляла ключ в крошечную скважину в потайной панели. Я в точности повторила ее движения, а затем отодвинула панель. За ней находилась металлическая шкатулка.

Я вынула шкатулку из тайника, поставила на стол, откинула скобу и подняла крышку. Внутри лежал деревянный брусок с тремя аккуратными отверстиями размером с наперсток. Первые два пустовали, а в третьем лежал крошечный стеклянный флакон. В нем-то и хранилось сокровище. Стекло и жидкость не помешали мне хорошенько его разглядеть. Это был белоснежный лепесток величиной с ноготь моего большого пальца, по форме напоминавший вытянутое сердце или наконечник стрелы.