Осколки. Сломленные

Выглядел он расслабленным, но по нахмуренным бровям на переносице, и подрагивающем уголке губ, было понятно, что он взбешен и еле сдерживается.

Алина сидела, сжимая в руках свой скомканный пуховик, глядя в одну точку, была глубоко погружена в себя, а Дар, не знал куда деть свои руки, которые так и оставались в драконьей форме.

Наконец вернулись Мор с Таллом и поставили на стол два подноса с чашками.

Док оскалившись цыкнул: «Тут нужно, что покрепче, а не чаек с ромашкой».

– Успокойся, – отрезал Леталлис, – я тебе в кофе коньяка плеснул.

Он плюхнулся рядом на диван и устало вытянул ноги.

Мор задумчиво рассматривал всех, затем взяв одну небольшую кружку, подошел к девушке и протянул: «Возьми, это для тебя».

Алина словно очнулась ото сна, и потянулась за напитком. Сделав первый обжигающий глоток, девушка сморщилась и закашлялась.

– Я тебе тоже коньяка добавил, – удовлетворенно улыбаясь пояснил беловолосый. Он не стал присаживаться рядом со всеми, а отошел к окну и облокотился на подоконник.

– Мор, она после лекарств, алкоголь нельзя, да и коньяк в чай, это же гадость, – пробурчал Док.

– Но ей надо согреться, может простудиться, а то ведь по улице бегала, да и … – Дар недоговорил, потому как слова странного мужчины прервали его: «Котенок больше не заболеет обычной простудой».

Все повернули головы к нему, но он уже отвернулся и склонившись над цветком вдыхал его аромат.

– Вам пора рассказать мне всю правду, – громко сказала Алина, делая несколько больших глотков уже не морщась.

«Они тебе не навредят. Но и не слишком полагайся на них. Доверяй своему чутью».

В голове всплыли слова драконицы, воспоминания о которой постепенно возвращались к девушке, их первая встреча, когда та была на волосок от смерти. Она дала ей выбор и спасла её.

И то, что Лина выбрала, было необходимо осмыслить, осознать.

– Мы всё тебе расскажем, девочка. Но для начала… Лид, будь так любезен объяснить, где тебя черти носили и почему ты не отвечал на звонки и сообщения и какого гребанного инта, ты до сих пор не убрал свои лапы, а? – взорвался Док, махая сигаретой, зажатой в двух пальцах, в сторону Дарума.