Переливы дневного света

Тебя могут услышать, – настоятельно предупредил он, позволил мне двигаться и суетливо достал из сумки, закрепленной у него на поясе, маленькую емкость с белым кремом. Зачерпнув значительный объем содержимого прозрачной баночки, он нанес холодный кремообразную текстуру на горящее и воспаленное место. Я зажмурилась от того, чего приходилось в тот момент испытывать. Содержимое баночки заливалось розовым оттенком, смешиваясь с багряным веществом, оставшемся на его коже. – Это закроет рану и снимет отек. Морой больше к тебе не подойдет, я тебе обещаю.

– Зачем, Эйран… – сквозь свои всхлипы повторяла я, поздно осознав, как же дрожало мое тело. В какой-то миг в глазах резко потемнело. Слабость вскруживала голову, и я готова была полностью отдаться сну – это казалось заманчивой отрадой, чтобы успокоить свое бушующее состояние, с резвостью вышедшее из-под моего контроля.

– Видимо, он научился технике запечатления… Обычно ею владеют первородные, – ответил он, приподнял мой подборок и внимательно рассмотрел лицо. – Сложно сказать, насколько была устойчивая связь.

Для точного результата ему нужно будет повторить.

Я с наивным испугом шире раскрыла глаза и непроизвольно отстранила его от себя, совершенно не воспринимая безопасность вокруг.

– Эй, спокойно… Я же сказал, что он к тебе не подойдет. До ведьм мне не добраться. Тебе не доказать их причастность.

– Но следы, они ведь…

– Благодаря лекарству, все зарастет и не оставит следа. Они – ведьмы, и смогут выйти «сухими» из воды.

Он приложил небольшой лоскут плотной ткани к моей шее.

Опустив глаза, я обнаружила, что моя униформа была увязана в кровавых пятнах и земле, а руки не покидала мелкая дрожь.

– Так нельзя, нет… – еле пропищала я, ослаблено моргая. – Мне следует рассказать об этом директрисе. Она поможет мне… Я не хочу этого всего. Не так. Только не так! Я вернусь на Землю…

– Эй-ей, успокойся, – он навалился на дерево, вольно зажав меня между вытянутыми вдоль руками. – Ты уверена, что что-то измениться, если ты вернешься обратно? Как раньше уже ничего не будет.

У тебя нет возможности отступать. Так что делай то, что делаешь. Но если ты все же сообщишь об этом директрисе, то ты ее больше не увидишь. Я тебя об этом уже предупреждал.

Я иначе взглянула на Эйрана, осознавая, что он не меньше ведьм представлял собой угрозу, вынуждая меня следовать его указаниям. Вероятно, он смог догадаться, что своим предупреждением только испортил впечатление о нем, благодаря чему наше безмолвие затянулось.