Иосиф, сын Иакова

Юноша не видел братьев и их стад, и разочарованно вздохнул, он хотел выполнить поручение отца и вернуться домой. Но он не мог этого сделать, пока не найдет братьев.

Иосиф спустился в долину и в поисках братьев забрел на какое-то поле. Вокруг было пустынно и тихо, вдруг впереди мелькнула чья-то тень, и юноша поспешил туда.

– Подождите, – Иосиф окликнул незнакомца.

Мужчина, чье лицо юноша не мог рассмотреть из-за яркого солнца, бьющего в глаза, заговорил с ним.

– Чего ты ищешь?

– Я ищу братьев моих, – Иосиф заслонил глаза ладонью, но все равно не мог рассмотреть лица человека.

– Они ушли отсюда, ибо я слышал, как они говорили: «пойдем в Дофан».

– Спасибо, – Иосиф посмотрел в сторону Дофана, потом взглянул в сторону мужчины, но того уже не было рядом.

Иосиф удивленно смотрел по сторонам, понимая, что человек не мог просто так исчезнуть. Позвал его несколько раз, но видя, что тот не откликается, пошел к Дофану.

До Дофана было пять часов пути, и юноша шагал быстро, зная, что доберется до братьев ближе к вечеру. Он рассчитывал заночевать вместе с ними, а утром отправиться домой к отцу. Вот стал виден город Дофан, братья Иосифа расположились недалеко от него и юноша поспешил к ним.

***

– Вон идет сновидец, – Левий как будто выплюнул это слово.

Асир и Гад, лежавшие на земле, приподнялись и посмотрели на идущего к ним Иосифа.

– Как он нашел нас? – Завулон переглянулся с Даном. – Мы же ушли сюда, никому не сказав об этом.

– Ему сон приснился, – ухмыльнулся Иуда.

– Интересно, ему удобно в такой одежде ходить? – Рувим склонив голову, смотрел на брата. – Она же длинная.

– Мы этого не узнаем, – с горечью рассмеялся Левий. – Если только не заберем у Иосифа.

– Ага, – Асир покосился на него. – Или отец подарит нам тоже такой наряд.

Братья молча смотрели на приближающегося юношу, над костром жарился ягненок, и все понимали, что Иосиф опять донесет на них. Да и вообще, им давно надоело чувствовать страх и ненависть к брату, которому снились сны. Братья прекрасно знали, что сны может посылать Бог, и понимали, что тогда у них нет шансов на наследство. Они не хотели, чтобы Иосиф был главным над ними.