Проклятие неудачного четверга

Единственное, что мне удалось узнать, что его отчим разработал самую популярную игровую франшизу за всю историю видеоигр. Самое смешное, что если бы остальные ученики узнали об этом, то наверняка это забросило его на самую вершину славы. Но, я подозреваю, что почему-то именно этого Головастику меньше всего и хотелось.

Пока он сидел на диванчике и всё бормотал про своих хомячков (видимо, подсчитывал точное количество, которое должно висеть на ремне), я изучил свой обед. Какие ПУКи – такой и обед: жареная камбала со сливочным соусом и салатом из рукколы.

Странное желание «захватить мир» снова начало одолевать меня. Внезапно (абсолютно некстати) я понял, что еды может быть больше, стоит мне только захотеть. Не знаю, как это мне взбрело в голову, но я сам поверил в это.

И тут произошло нечто совсем невероятное.

Под ногами у меня зашуршал зелёный листок.

Крошечные побеги стали пробиваться сквозь мраморные плитки пола. Они неторопливо вытягивались вверх, пара сантиметров в секунду, затем раскрыли листья. И вскоре передо мной красовался великолепный экземпляр рукколы, выросший прямо из пола.

– Головастик, ты только посмотри, – сказал я.

Он мельком глянул, но то ли ничего не заметил, то ли решил, что ничего удивительного в этом нет. Он снова погрузился в свой странный мир, отрешённо уставился в пол и медленно жевал сэндвичи с сардинами.

Я наклонился и пощупал один из листочков у своих ног. Я легко сорвал его и положил в рот. Должен же я был проверить, прежде чем потерять сознание от изумления.

Лист рукколы был острым и очень свежим. И совершенно настоящим. Поднос выпал у меня из рук и опрокинулся на пол. Головастик мельком глянул на него, и снова погрузился в пучину собственных мыслей.

Я метнулся в просторный зал столовой. Эдвин, как всегда, сидел за столом в толпе своих поклонников.

– Можно с тобой поговорить? – спросил я.

– Конечно, Грег. Что случилось?

– Не здесь, – ответил я. – Это очень важно.

Эдвин встал и пошутил, сказав что-то вроде того, что мы отправляемся порезвиться на цветочном лугу. Все прыснули со смеха. Если бы это сказал я, никто бы даже не улыбнулся. Но, повторюсь, у Эдвина была способность всё превращать в шутку.