И черт с нами

– Демону, который с детства проявляет неискоренимую склонность ко лжи, предлагают работу, где отрицательные стороны его натуры могут быть использованы с пользой для дела.

– А тебя за что в детективы направили? – поинтересовался я не без ехидства. – За склонность к немотивированному насилию? Или за чрезмерное любопытство к частной жизни одноклассников?

– Я сам выбрал профессию. – Гамигин обернулся и протянул мне брелок в виде красномордого чертика с вилами. На колечке висели два обычных ключа и один магнитный.

– Брелок сам выбирал или начальство порекомендовало?

Я сунул ключи в карман. А Гамигин достал из своего еще одно кольцо с тремя ключами. Вместо брелока на колечке болталась улыбающаяся розовощекая голова Градоначальника. В любимой кепке, естественно.

– В брелок встроены широкополосная глушилка и маячок, по которому можно определить твое местоположение.

– Что же вы своему агенту такой брелок не дали?

– Почему же не дали? Дали.

Гамигин приложил магнитный ключ к замку. Раздался писк, и дверь подъезда приоткрылась.

В подъезде, как и во дворике, царили чистота и порядок. Даже не по себе становится, когда смотришь на такое благолепие.

– Где нашли брелок?

– В машине Зифула. Она стояла на стоянке, здесь, во дворе. Ключ от машины был вставлен в зажигание.

Я остановился на площадке между вторым и третьим этажами.

– Зифул жил в этом доме?

– Да. Мы предпочитаем селиться компактно.

– И ты полагаешь, наше появление никого не удивит?

Поднимавшийся по лестнице первым Гамигин посмотрел на меня через плечо:

– А что такого?

– Как это, что такого! – Я всплеснул руками, так что пластиковый пакет, в котором лежала кобура с пистолетом, ударился о стену. – Сначала исчезает проживающий в доме агент. Спустя три дня появляются новые жильцы – демон и человек. Если бы я был причастен к исчезновению Зифула, я бы непременно присмотрелся к новым жильцам.

– Пусть присматриваются. Что с нас возьмешь? Мы мирные служащие фирмы «Бельфегор, младший».

Признаться, я был поражен беспечностью демона-детектива. Или же ему было известно что-то такое, чего я не знал?

На площадке третьего этажа Гамигин открыл железную дверь, над которой тускло отсвечивал глазок камеры наблюдения. В длинный тамбур выходили двери трех квартир. Наша находилась в самом конце.