Страна Сказок. Авторская одиссея

Накануне в банкетном зале проходила игра в бинго для пенсионеров, но после помещение украсили со вкусом: на столах, накрытых кружевными скатертями, стояли изящные вазочки с цветами и электрические свечи, а каждого гостя поджидали позолоченные тарелки и такое количество столовых приборов, что не всякий сообразил бы, какой из них для чего нужен.

Учителя, методисты, уборщики, работники школьной столовой и бывшие ученики пришли попрощаться и пожелать директору всего доброго. Никто из гостей прежде не бывал на таком изысканном приёме.

Однако когда виновница торжества обвела взглядом зал и увидела множество грустных лиц, ей показалось, что это скорее похороны, чем праздник.

Глава школьного управления, недавно назначенный на эту должность, постучал ложечкой по своему бокалу с шампанским, и в зале воцарилась тишина.

– Минуточку внимания, пожалуйста, – сказал он в микрофон. – Всем добрый вечер, я доктор Брайан Митчелл. Все знают, что сегодня мы чествуем одного из самых замечательных педагогов, когда-либо работавших в школе «Уиллоу Крест», – миссис Эвелин Питерс.

В ответ раздались бурные аплодисменты. Луч прожектора упал на миссис Питерс, сидевшую за столиком в центре зала рядом с мистером Митчеллом. Она улыбнулась и помахала гостям, втайне жалея, что вообще согласилась на этот праздник: ей всегда было неловко, когда коллеги хвалили её и оказывали ей особое внимание, а сегодняшний вечер ещё только начинался.

– Меня попросили сказать пару слов о миссис Питерс, но мне страшно, ведь что бы я ни сказал и как бы её ни расхвалил, она обязательно проверит мою речь на грамматические ошибки.

Гости рассмеялись, а миссис Питерс хихикнула, прикрыв рот салфеткой. Все, кто её знал, знали также, что это чистая правда.

– Легко сказать, что кто-то хорошо работает, но я со всей уверенностью заявляю, что Эвелин Питерс – непревзойдённый педагог, – произнёс доктор Митчелл. – Почти тридцать лет назад, задолго до того как миссис Питерс стала директором, я попал в шестой класс, классным руководителем которого она тогда была.

А у меня до встречи с ней было очень трудное детство. Когда мне исполнилось десять, оба моих родителя сидели в тюрьме, а я кочевал из одной приёмной семьи в другую. И когда я оказался в классе миссис Питерс, я даже читал еле-еле. Но благодаря ей к концу года я уже прочёл Диккенса и Мелвилла.

Многие гости захлопали, отчего миссис Питерс смущённо покраснела. У большинства из них были похожие воспоминания о бывшей учительнице.