На чужих условиях

Алви поерзала, попыталась прочесть пару строчек из все еще зажатой в руке книги – у нее не вышло, – а потом отложила ее, вздохнула и поправила очки.

Очки!! Господи.

Если судьба существует, не могла она дать ей хоть какой-нибудь крошечный намек? Ну, типа: «Алви, подруга, сегодня в кафе будет парень, за которого ты скоро выйдешь замуж, как насчет контактных линз?»

Алви сдержала порыв застонать от безысходности.

Она снова бросила на Килана взгляд. И послала ему мысленное сообщение.

«Пожалуйста, скажи, что ты не хочешь ко мне подходить».

* * *

– Черт, Хайди, я не хочу к ней подходить, что непонятного?

Килан сцепил руки в замок и закрыл глаза. Если бы Алви сама по себе испарилась вот прямо сейчас, в эту самую секунду – это было бы просто идеально.

Хайди подарила ему этот взгляд. Энди кашлянул, намекая на то, что вот сейчас он должен либо ее послушать, либо попрощаться со званием ее друга раз и навсегда.

– Килан, милый, – (чтобы вы знали, «милый» от Хайди – это ругательство), – а в чем проблема?

Рейн сжал зубы.

– Начнем с того, что ей семнадцать, Хайди. Ты помнишь себя в семнадцать?

Девушка тут же вспыхнула, как будто ей напомнили о самом позорном позоре в ее жизни.

– Допустим.

– Отлично, потому что я тоже помню. Тогда никто не замечал того, насколько большие у тебя сиськи, ведь твои прыщи были гораздо больше.

Энди прыснул в ладонь, Рой выпрямился, напрягаясь, а Хайди гордо задрала подбородок, полностью игнорируя прилипший к щекам румянец.

– Не обижайтесь на него, девочки, – сказала она своим… девочкам. – Он никогда не умел ценить прекрасное. Итак, насчет Алви. Энди скажи ему.

Килан закатил глаза.

Энди наклонился над столом.

– Она права, Килан, девчонка уже увидела нас, тебе придется к ней подойти.

– Почему я должен?

– Потому что так положено по правилам этикета. Здороваться с кем-то, кого собираешься взять в жены.

Килан не был готов к этому. В смысле, не к Союзу, а к тому, что ему придется общаться с Алви. До сегодняшнего дня все их общение ограничивалось дежурными «как дела?» и «ты в порядке?», брошенными между фраз на редких семейных встречах.