Счастье в сирени живёт

Где-то наверху у соседей слышалась музыка и звуки пьяной гулянки, но девушка, не обращая ни на что внимания, уснула сладким сном. И снились ей васильковые поля и речка, которую видно с холма, и стадо коров у реки. И вообще, очень-очень захотелось домой! Но внезапно Анфиса проснулась как от сильного толчка. Даже сердце часто и глухо забилось. Стояла тишина, звуков музыки и голосов больше не было слышно. Но тишина была какая-то неестественная, тревожная. Анфиса вскочила с кровати, накинула халатик и вышла в коридор.

Едкий запах дыма ударил ей в лицо, на верхнем этаже слышался треск огня.

– Пожар! – закричала Анфиса и принялась стучать в соседние двери, – Вставайте, пожар!

Время было позднее, когда абсолютно все спят. И девушке пришлось долбиться в двери со всей силы, сбивая костяшки пальцев, кричать во всю силу своих лёгких:

– Пожар! Пожар!

Дым попадал в нос, горло, забивал лёгкие, дышать становилось трудно, глаза слезились от едкого марева, но Анфиса продолжала громко кричать.

Вскоре двери захлопали, послышались испуганные голоса, топот ног. Тётя Рая, хватая с вешалки тёплую одежду, велела Анфисе спасать документы и деньги.

Когда приехали пожарные машины, старый барак был объят пламенем. Сонные испуганные люди, наспех кое-как одетые, толпились рядом.

– Отходите, граждане жильцы! Стоять здесь опасно! – распоряжались пожарные.

Тётя Рая и Анфиса сидели на скамейке, кутаясь в тёплые кофты.

– Горе – то какое… – причитала тётя Рая, прижимая к себе сумочку, в которой были документы и деньги, – Куда ж нам теперь идти-то… Не жили богато, и то последние пожитки-то в огне сгинули.

– Вам в деревню ехать надо, тёть Рай, – тихо произнесла Анфиса, всё ещё откашливаясь от едкого дыма, отравившего лёгкие.

– А ты как?

– В общежитии место попрошу.

– Да? А … – растерянно произнесла женщина.

Появился участковый, стал распрашивать жильцов. Соседка баба Света причитала:

– Это всё алкаши проклятые, допоздна гудели.

Да мы бы и сгорели все, если бы эта девочка, племянница Райкина, нас не перебудила. Все же крепко спали-то, и дыма не почувствовали… Это Фисочка спасла нас, девочка.

Только взглянув на это платье, Анфиса поняла, что ни за что, ни при каких обстоятельствах не наденет его. Длинное тёмно-синего цвета с блестящими нитями, оно было бы великолепно, если бы не открывало спину полностью до поясницы, а ещё длинный разрез, бесстыдно обнажающий бёдра.