Голем

 – В жизни столько грязи за раз не видел!

Старенький автобус был не в состоянии перепрыгнуть залитый грязью участок шириной метров шесть-семь, отделявший его от обломанного, точно плитка шоколада, края асфальтового покрытия, с которого он съехал в провал. А это означало, что процесс размывания грунта продолжался и после того, как автобус начал тонуть в жидкой грязи. С той стороны, где находились дома, расстояние до заасфальтированного участка дороги было поменьше, метра три. Но для людей, оказавших на крыше автобуса, это было все равно что от Земли до Луны.

– Давай-ка переберемся вперед, – предложил Володя, когда автобус накренился настолько, что задний скат его крыши оказался вровень с грязевой поверхностью.

Сергей посмотрел на часы. Начало седьмого.

– Когда же народ проснется? – подумал он вслух.

– Первый автобус подъезжает к остановке «Тринадцатый микрорайон» в семь восемнадцать, – ответил Володя. – Обычно его уже ждет один студент-очкарик.

– А где остановка? – Сергей посмотрел по сторонам, надеясь увидеть павильон или хотя бы вывеску.

– Да потонула она, Сережа, – с чувством произнес Володя.

– К началу восьмого и мы, на фиг, потонем, – уверенно заявил Косарев.

– Ну, может, еще и не потонем, – попытался оспорить столь безапелляционно сделанное заявление Володя.

– Мы уже сейчас тонем! – Сергей ткнул пальцем в грязь, которой оставалось подняться всего на семь-восемь сантиметров, чтобы залить задравшийся передний край крыши. – Пора на помощь звать!

– Нет, – помотал головой Володя.

– Но мы действительно тонем!

– Да, вот только никто, кроме нас, не знает, как можно утонуть на суше.

На это Сергей не нашел что возразить. Действительно, глупая ситуация.

– Что ты будешь делать, когда мы отсюда выберемся? – спросил Володя.

– Отправлюсь на вокзал и куплю билет на ближайший поезд до Москвы, – буркнул Сергей.

– Позвонить надо домой, чтобы не беспокоились, – напомнил Володя.

– Я живу один. – Сергей по-прежнему смотрел в сторону. Хотя там и не было ничего интересного. – Мать знает, что я часто по командировкам мотаюсь… Мы, бывает, по полгода друг другу не звоним.

– А на работе?

– Я работаю по договору. Не сделал свое дело, значит, деньги не получил. Вот и все. Искать точно никто не станет.