По дороге из битого стекла

– Ну… начнём, – Шилин кивнул своему секретарю, тучной женщине лет пятидесяти, одетой в строгий деловой костюм, с гладко причёсанными волосами и без макияжа на спокойном сосредоточенном лице, – Что у вас произошло за время моего отсутствия, Лора Дмитриевна? Вы можете мне объяснить? И зачем вам понадобилось снимать Эдуарда Степановича с должности?

При этих раздражённых словах своего начальника Криничный преобразился, распрямил плечи и со злорадным выжиданием посмотрел на Лору и её нового секьюрити.

Лора бросила быстрый взгляд на Клименкова, и он начал серьёзно и обстоятельно говорить Шилину о произошедших событиях. Геннадий Юрьевич внимательно слушал, изредка хмурился, но не перебивал.

– Евгений Павлищев и Леонид Займов были уволены в прошлом году за пару недель до окончания сезона без расчёта. Во время допроса они настаивали на том, что просто пытались забрать своё, то, что им не выплатили за сезон, – говорил Алексей.

А когда Клименков закончил свой доклад, Шилин бросил недовольный взгляд на главного бухгалтера:

– Почему Павлищева и Займова не рассчитали при увольнении?

Павел Игнатьевич, главный бухгалтер, покрылся красными пятнами, что явно указывало на то, что у него поднялось высокое давление. Павел Игнатьевич достал из кармана пиджака платок и начал нервно им вытирать лицо.

– Так нарушение же… Геннадий Юрьевич! Нарушение внутреннего дисциплинарного порядка.

– Понятно, – Геннадий Юрьевич резким взмахом руки вверх остановил речь Павла Игнатьевича и развернулся в пол-оборота к Лоре Дмитриевне.

– Что же это получается, Лора… Ни порядка, ни дисциплины. Если я в частых разъездах, то за дисциплиной и последить некому? Не следишь ты за порядком, не справляешься! Это твоё руководство привело к полному бардаку.

– Геннадий Юрьевич… – молодая женщина резко выдохнула от возмущения, но Шилин грубо и бесцеремонно перебил её, не дав продолжить:

– Чтобы работники были дисциплинированными, самой надо иметь безупречную репутацию. А ты только хвостом здесь крутишь перед мужиками, старого охранника на нового поменяла…

– Хватит! – резкий, неожиданный и громкий окрик Клименкова заставил Шилина в недоумении замолчать.