Геноцид

Птица тут же отбежала на расстояние, казавшееся ей безопасным, искоса глянула на внимательно наблюдавших за ней людей, крякнула для порядка, взмахнула крыльями и встряхнулась, расправляя помятые перья. Покрутив головой, утка обнаружила посторонний предмет у себя на шее и, конечно же, попыталась его снять. Но плоскому клюву никак не удавалось подцепить гладкий пластик, и после нескольких неудачных попыток утка оставила это дело. Люди явно не внушали птице доверия. Поэтому она отошла к самой двери и там присела, не теряя бдительности и внимательно наблюдая за людьми.

На таймере одна минута и сорок четыре секунды.

А что, если ничего не произойдет? – подумал Раф. Ничего из ряда вон выходящего. Ничего необычного. Вообще – ничего! Что тогда?

– Сейчас… – прошептал старик и крепко схватил Рафа за руку.

Пять секунд на таймере.

Четыре.

Ничего не произойдет, мысленно произнес Раф.

Три.

Очень уверенно, между прочим, произнес.

Две.

Он даже собрался повторить это вслух.

Одна.

А то ведь старик расстроится…

Утка исчезла.

Исчезла точно по расписанию, – когда на таймере загорелись нули.

Первой мыслью Рафа было то, что утка сделалась невидимой. Поэтому он тут же схватил сеть и кинул ее туда, где секунду назад сидела птица. Сеть упала на пол так, что ясно стало – нет под ней ничего.

Раф посмотрел на Виираппана.

Взгляд старика сиял так, будто он глотнул настоя зап-запа, а губы были растянуты в улыбке, глупее которой Раф в жизни не видел.

– Где моя утка? – спросил Раф.

Серьезно спросил, по-деловому.

– Не знаю, – еще шире улыбнулся Виираппан. – Быть может, в ином мире.

Раф озадаченно почесал щеку.

– И когда она вернется назад?

– Понятия не имею, – развел руками старик. – Быть может, никогда.

– Как это, никогда? – недовольно насупился Раф. – Ты, вообще-то, знаешь, сколько стоит утка?

Виираппан удивленно посмотрел на Рафа.

– Ты ведь сам предложил провести испытание на птице.

Раф задумался, вспоминая, как все было на самом деле.

Да, пожалуй, старик прав, он сам предложил нацепить браслет с таймером утке на шею. Но ведь он не предполагал, что утка исчезнет!.. Честно говоря, он вообще не думал о том, что может произойти. Ему просто передался интерес и азарт Виираппана. Как наваждение. Или дурная болезнь. Что, в общем, почти одно и то же, ежели привяжется, так не отстанет.