Дай мне уйти

– Может быть, следовало это сделать перед тем, как ты пошел в клуб и потрахался со стрипухой? – ощущаю обжигающую внутри обиду.

Даже произносить все это больно. Мой мозг отказывается принимать факт того, что мой Миша, человек, которого я люблю всей душой, изменял.

– Возможно, но еще вернее, как мне кажется, проблемы нужно было озвучивать и обсуждать перед твоим решением загулять и сделать аборт, – прибивает словами, словно молотком в сердце гвоздь.

– Я не хочу поднимать эту тему, – понимаю, что не готова быть честной до конца.

– Отличная позиция. И что я должен думать? Что, блядь? То есть перетирать, как я завел шашни со стрипухой, заметь, без последствий – это нормально, а узнать, какого хера моя жена сделала аборт от… – замолкает и нервно сглатывает. – Мы не можем? – продолжает, не называя имени предполагаемого любовника.

– От кого, Миша? От кого? Что ты вообще говоришь? Я не изменяла тебе, пойми же!

– Правда? Так ты у нас Дева Мария? Произошло непорочное зачатие? Крис я все знаю, хватит юлить.

– Миша, я устала, давай закроем эту тему и помолчим, – осознаю, что подобные обсуждения за рулем могут иметь серьезные последствия. Муж заведен, и неизвестно, что может выкинуть, будь я откровенной.

В машине образуется звенящая тишина. Как ни странно, Миша прекращает наседать.

Телефон супруга вибрирует, и он поднимает трубку.

– Добрый вечер Петр Савельевич, – здоровается бодрым голосом.

Евсеев. Отец Оксаны. Звонит на личный номер в столь поздний час.

– Конечно, можем встретиться завтра в три, я буду в офисе в это время, – продолжает беседу Миша. – Договорились, – отключается.

– Что, будущий родственник беспокоит? У вас вообще давно закрутилось с его дочерью? – не могу удержаться, чтобы не уточнить. Мне действительно хочется знать, как долго я носила рога и не являюсь любимой.

– Это рабочие вопросы, не накручивай.

– А мне и не нужно. Оксана сама все сделала, обнажив подробности вашей связи. Дом вот для нее строишь, детей планируете. Ты вообще собирался мне рассказать о своем романе, или надеялся дотянуть до момента, когда сама все узнаю?

Миша не отвечает.

Вижу, что супруг не готов быть откровенным и оставляю его в покое.

До дома доезжаем в полной тишине. Миша паркует автомобиль и открывает дверь, чтобы помочь мне выйти.

– Сама справлюсь!– отталкиваю его.