Будь со мной

 – Что касается картин – откровенная ерунда, думаю, гости, которые выбрали профитроли с икрой оказались куда предприимчивее, чем я. Искусством тут и не пахнет, новомодная мазня, которую в наше время принято звать гениальным творением. Но мне, право, совсем не по душе все это, – рассуждает девушка. – Что касается вас, – хороший экземпляр, я бы присмотрелась. Люблю высоких мужчин, да и серые глаза моя слабость. Правда, есть нюанс, – произносит загадочно, не оповещая, в чем же он состоит.

Напор Агаты меня удивляет, обычно девушки ведут себя при знакомстве более стеснительно или, напротив, начинают строить из себя знатоков живописи и картин в целом.

Она же и не собирается притворяться, рассказывая, какие перед ее глазами шедевры, желая показаться великим экспертом.

– Интересно, угощения тут такие же, как и картины? Хотя… Поговаривают, хозяин этого выставочного центра не экономит на икре и напитках. Попробовать, что ли? – рассуждает вслух Агата. – Жаль, что художественный вкус у него – так себе, привозит постоянно каких-то сомнительных дилетантов с их кляксами на бумаге.

– А вы рисуете? – прерываю ее монолог.

– Можно на ты, – отвечает девушка и подзывает к себе официанта с подносом. – Да, начинающий художник, – Титова Агата Сергеевна, – протягивает официально руку.

– Глонти Тимур Александрович, – отвечаю тем же жестом. – Владелец этого выставочного комплекса.

– Отлично! – не теряется она, – тогда я могу лично вам сказать, Тимур Александрович, нужно что-то срочно предпринимать, последние пять выставок – чистый провал.

Меняйте концепцию, а то по миру пойдете. Переживаю за вас.

Ее прямолинейность и в какой-то мере наглость меня цепляют. Обычно девушки закатывают глаза от новости, что перед ними владелец комплекса и включают свой актёрский талант соблазнения. Агата же и не пытается корчить из себя ту, кем не является. С ней просто, и в этой простоте ее магнетизм и шарм.

Только сейчас я решаю изучить внешность девушки.

Высокая, стройная, с длинными ногами и спортивной фигурой.

На Агате лиловое приталенное платье и высокий каблук шпилька. Волосы аккуратной волной лежат на спине. Ничего лишнего или вычурного. Не отнять, не прибавить – идеально. Курносый носик, чуть пухлые губы и распахнутые синие глаза. На вид лет двадцать. Максимум двадцать два.

– И как? – поворачивает резко голову и смотрит на меня в упор. Дразнит тем же вопросом, который я задал ей минут десять назад. Под ложечкой начинает сосать.