Покорять, а не быть покорённой

Он забился в воображаемых конвульсиях, а потом, когда понял, что ничего не произошло – уставился на меня удивлёнными глазами. Мои руки схватили его за ворот изношенной рубашки и я встала. Я была выше его на сантиметров десять, поэтом он почти болтался у меня на руке.

– Тебе видимо не понятно, да? Когда ты продал папе испорченную гранату, и он тебя проучил – ты ничего не уяснил? Мы можем оставить тебя ещё без одного глаза, ведь тебе они не нужны, ибо как бы ты видел – КОМУ, ты продаёшь фальшивку?

Он заболтал ногами, хватаясь руками за мою руку.

Я его буквально выбросила и протёрла руку полотенчиком. Кейс стал откашливаться.

– Прости, прости, я не знал, мне сказали…

– Успокойся. – прорычала я – Если хочешь искупить вину, то лучше расскажи мне то, что знаешь. А я уверенна, что ты что-то знаешь. Или хочешь поспорить?

Он испуганно поплёлся назад.

– Нет нет, я расскажу, но не смогу рассказать больше, чем слышали мои уши.

Я кивнула и стала смывать краску с лица.

– Я слышал, что провели одну аферу.

Какая-то группа неудержимых подростков решила выкрасть из временного архива по делам твоей мамы что-то. Им за это хорошо заплатили. Они это выкрали, но их перехватила другая группа и отобрала это что-то.

– Что это, ради бога, ска…

– Пуля.

– Пуля? – повторила я.

– Да, это пуля с дробовика, пуля которой убили твою маму. Ты же знаешь…

– Да, я знаю как.

– И на этой пуле нашли интересный рельеф. Гравировка. Если не ошибаюсь, то это: "bialyDemon".

– Польский?

– Да.

– Значит, "белый демон"?

– Да.

Я нахмурилась. Если кто и пытался убить мою маму, то это было убийство века, убийство к которому готовились.

– Так ты будешь брать свои любимые пули?

– Нет. – уверенно сказала я. – Но у меня есть для тебя другая работа. – я вытерла лицо полотенцем. – Ты закажешь мне пули с гравировкой, и проследишь, чтобы через четыре дня они были здесь.

– Но…

– Без "но", Кейс, я знаю, что ты можешь это сделать.

Он вдохнул по больше воздуха и приподнял уголок губ.

– И какую гравировку будешь заказывать? – спросил Кейс.

– "czarnyAniol" – незамедлительно ответила я.

– Чёрный ангел, значит. – к нему пришло озарение и он удивлённо на меня взглянул.

– Если об этом кто-нибудь узнает, то я тебе клянусь, тебе не только глаз вырежут.

Он дотронулся ладонью правой руки до правой коленки, потом до левой, потом до лба и приложил эту ладонь к грудной клетке. Так дают клятву в нашем мире. В мире мафии.