Крайм

К нам подошла девушка. На лицо лет пятидесяти даже нет. Волосы чёрные, тёмные глаза выдающие суровый нрав их владельца. Строгий деловой костюм без лишних украшений, да и обувь от лучшего мастера из Анваерфа, Джео Джаонни. Что же, разговор выйдет весьма интригующим, подумал я.

– Вы кто? – спросила она, не сводя с меня взора.

– Эммиссар Рафаэль Эвит. – переведя стрелки на Леоса: – Это старший пилот крихона, Леос Истведж. Мы к Ридэ на приём.

– Нельзя. Мисс Ридэ на синоде.

– Я знаю. Когда выйдет? – девушка пристально вцепилась взглядом; может пыталась раздавить меня изнутри, или прочитать мою душу; в любом случае, она познает поражение выступив против меня, – Чего молчишь? Ты кто?

– Хоук.

– О-о-у! «Кетери»? – почти без мимики, но с насмешкой произнёс я, – Вы так близки?

Откинув голову назад, Леос закрыл глаза и причитал что-то невнятное, убивая время, затраченное на ожидание. Кого или что он проклинал в мыслях – уже не моё дело. Важно сейчас расколоть панцырь Хоук.

Мы с Кетери знакомы не первый год, но она ни разу не была с телохранителем, сколько я себя помню. Да и нужен ли Святому телохранитель? Я не думаю. Ведь они же все бессмертные.

– Мы подождём мисс Ридэ здесь. Если ты не против. – заявил я.

– Против! – процедила сквозь зубы Хоук, не переставая ни на миг следить за мной.

– Это был риторический вопрос. – Хоук набралась излишней самоуверенности, будто первый эммиссар конгломерата Алирм станет спрашивать вшивого нэйтера об её порочном мнении, – Не сочти за грубость: но мне не нужно разрешение иноверца.

– Откуда…

– Откуда я узнал, что ты не из Сефизмы? – перебил я, читая наперёд, – Твой стиль. Одежда и манеры. У нас такие долго не живут. Даже на службе у Святых. Тебе ли не знать? Или ты думала, эм-м…

Хоук изрядно напряглась. Её нежные ладони нервно сжались в грозные кулаки, готовые разодрать провинившегося без грамма сомнений. Я был готов принять законную пощечину, но не тут-то было:

– Почему ты всё время врёшь? – Леос неторопливо открыл глаза; посмотрел на меня, и снова закрыл глаза свободной рукой.

– Ты не знаешь, что обвинять первого эммиссара подобно суициду? Нет? – вот теперь на моём лице явно ощущалась лёгкая ухмылка. Простая шутка, чтобы разрядить вскипевшую до белого каления обстановку.

Хоук сердито смотрела на дверь, что слева от нас. Предположительно, за ней Кетери и проводила синод, ну точнее, она была участницей этого синода.