Как разговаривать по-драконьи

Паруса триремы сияли ослепительной белизной, а высоко на мачте гордо реял имперский флаг, украшенный разгневанным орлом. На палубе же выстроился целый легион римских солдат, и все они, как по команде, повернули голову и впились в Рыбьенога суровым взглядом.

Около мачты стояла громадная клетка.

В ней сидело несметное количество драконов. Гады ползучие, летучие крокодитеры, большие пятнистые тупыри, желтушные вампиры, простые садовые – крылатые рептилии всех видов и мастей, какие только существуют на свете, ощетинившись когтями, клыками и крыльями, сплелись в единый клубок.

– Пресвятой Тор… – прошептал Иккинг. – Римские охотники за драконами! Глазам своим не верю…

– Ой! – Нервно улыбнувшись, Рыбьеног попятился к борту. – Извините, ошибочка вышла. Понимаете, нам надо было не на этот корабль… – Он попытался беззаботно рассмеяться. – Простите за беспокойство, не обращайте на меня внимания, занимайтесь своими делами…

Солдат, стоявший ближе всех, могучий двухметровый центурион с ногами как стволы деревьев, вытащил меч.

– Куда это ты собрался? – спросил он Рыбьенога на латыни и протянул громадную ручищу, от которой Рыбьеног довольно ловко увернулся.[2 - * Латынь – язык, на котором говорили древние римляне. Почти никто из викингов не понимал этого языка, но Иккинга втайне научил ему дедушка, Старый Сморчок. «Глядишь, когда-нибудь и пригодится», – говаривал он и, как всегда, оказался прав.]

– ДЕРЖИ ЕГО! – завопил рослый центурион, и к Рыбьеногу бросились еще шестеро или семеро солдат.

Будь Иккинг традиционным Героем-Хулиганом, он вытащил бы свой меч, Дерзновенный, и, с Хулиганским Боевым Кличем на устах, очертя голову кинулся на помощь другу.

Но если бы Иккинг был традиционным Героем-Хулиганом, он бы уже несколько книг назад был мертв как треска. Весьма благородная, храбрая и овеянная славой, но тем не менее совершенно дохлая треска.

Вместо этого Иккинг крадучись, едва слышно, перебрался через борт триремы и притаился за двумя большими бочками оливкового масла, стоявшими возле огромной палатки.

А Рыбьеног тем временем удирал от римских солдат. Впрочем, погоня была недолгой. Рыбьеног увертывался как мог, но в конце концов уткнулся прямо в живот великану-центуриону. Тот небрежно поднял его за шиворот: Рыбьеног брыкался, будто перевернутый на спину жук.

– Глядите-ка, кого мы поймали, – проревел центурион.