Старый рыцарь

– Так откуда вы?

Неужто он хочет продолжать? Фолкмар ускорил шаг. Благо, конь был привязан совсем рядом, у доски объявлений рядом с храмом. Если бы он знал, что здесь творится, то пересек врата прямо на спине Чемпиона. Странно, что его никто не тронул.

– Я издалека, – Фолкмар перебросил Ницеля через седло. – Наверное, вы там никогда не были.

– Если верховный оторн назначит меня на миссионерскую миссию, Боги могут направить меня и в ваши края, – мечтательно улыбнулся клирик. – Я помолюсь за вас на родной земле.

– Хватит с меня молитв, – мрачно ответил Фолкмар. Ницель ожидаемо не проснулся, и он решил поскорее покинуть центр столицы. Кажется, в Теллостосе было запрещено таскать мертвецов по улицам городов, если, конечно, они не лежали в гробу. Наверное, не разрешалось это и в Аоэстреде, Фолкмар, право, не знал, только догадывался. Горечь Отца Огня уже не защищала нюх. От Ницеля начало смердить. Запах прогорклого сыра, сырых портянок и чего-то неизменно тухлого был хорошо знаком – от него так пахло всегда.

Мылся Ницель по каким-то циклам небес, которые только ему одному были ведомы. Фолкмар подозревал, что тот просто отлынивал.

– Какой величественный конь… как его зовут?

– Чемпион, – ответил Фолкмар, пытаясь нащупать веревку у себя на поясе. Хорошо бы привязать Ницеля к седлу, чтобы тот не свалился.

– Надо же… Покойного коня нашего дражайшего короля звали так же. Невообразимой красоты был скакун. Впрочем, так говорят. Сам его я не видел, ведь он погиб в бою весен двадцать назад.

Но у него была вороненая грива, точно, как и у вашего.

И что такого в этом короле, что люди готовы целовать ему зад? Двадцать весен назад Фолкмар был так далеко, что не слышал о Теллостосе даже от заезжих купцов. Не знал он и какие короли правили все это время страной, которую он давно покинул. И теперь рассказы о господский конях ему были совершенно не интересны.

Веревки на бедре Фолкмар не нащупал, как и мешочка с монетами.

– Паршивец! – в отчаянии вскричал Фолкмар, – Этот мальчишка сорвал мой кошель!

– Печально.

С каждым днем они все наглее и наглее. Давно пора пообрубать им руки, да королева перед детьми слаба, запрещает. А что это у вас на седле? – оторн схватился за тонколистное огниво, висевшее на походной сумке. Походило оно на ивовый лист, по тонкому краю тянулась блестящая кайма начищенной стали. Когда-то искусные мастера Дальних Рубежей сточили каждую жилку, наделив огниво жизнью.