Выбывшие

Он стоял там, прижавшись спиной к стене, выглядел жалко, глаза были красными. Он молча смотрел на меня, я ответила тем же. Перевела взгляд на дверь и последовала к выходу. Я не оборачивалась, но знала, что он идет за мной, от чего тошнота снова стала подступать.

– Стоп! – резко обернувшись, крикнула я. – Не иди за мной, не смей!

Развернувшись, быстрым шагом отправилась туда, где сидела до того, как мой мир разрушился. Взяла оставленную сумочку, достала две бумажки, положила на барную стойку и направилась к выходу.

Саша стоял там оперевшись на одну ногу, левая рука была в кармане, а правой он поддерживал свою голову. Я не удостоила его своим взглядом, быстро вышла на улицу.

– Машину, пожалуйста. – скомандовала я гарсону в форме у входа.

Он молча щелкнул пальцами, к входу подъехал автомобиль, парень в форме открыл дверь и я оказалась в машине, которая подъехала настолько быстро, будто казалось, что они знали, что именно сегодня произойдет и были готовы скорее увезти меня из этого ужасного вечера.

Наконец, я почувствовала себя в безопасности, эмоции дали слабину и я расплакалась. Я рыдала за все, за себя, за надежды, за глупость, в которую себя же и загнала, за горесть, которая была внутри. Боль разрывала грудную клетку.

– Я сделаю музыку громче, вы можете кричать, – сказал водитель и сделал настолько громко, что ощущалась вибрация.

И тут полилось, я дала волю всей горечи внутри меня, я кричала, рыдала, я не могла дышать, легкие покинули чат вместе с моими мечтами.

Как только получалось наполнить легкие воздухом, он тут же вырывался с горьким криком, ужасным стоном и слезами. Меня резало на части, меня разрывало изнутри, ножевые ранения посыпались солью и песком, пронзая меня в новом, нетронутом месте.

Когда мы приехали к гостинице, водитель вышел и помог мне пройти прямо до моего номера, понимающе поддерживая меня за плечи. Я даже не видела его лица. Я видела лишь свою боль: перед глазами стояла маленькая девочка она полностью была в крови, она плакала, она была совсем одна.

Войдя в номер, я лишь сняла туфли, легла на постель и тут же отключилась.

Проснувшись утром ровно в девять часов, я была в ужасе от увиденного во сне, поправила одеяла и обнаружила, что я в той же одежде, что и во сне.

– Мне это не приснилось. – с горечью провыла я и слезы снова полились ручьем.

Так я пролежала еще битый час, не в силах в стать с постели.