Дьявол предпочитает правду

 – Там ерунда была.

Они стояли и ждали лифт, и Света вдруг решила, что надо смотреть своим страхам в лицо. Не бегать же ей от него при любом случае.

– Я вчера уронила ваш мотоцикл… – начала она, но Павел ее перебил.

– Ничего страшного, бывает, – отмахнулся мужчина. – Полина сказала, что вы не ушиблись, а это главное. Просто вы так вопили вчера…

– Вообще-то, я хотела сказать, что нечего бросать свой драндулет где ни попадя, – сказала Света, решительно вздернув подбородок.

Мужчина уставился на нее во все глаза, а потом расхохотался так громко, что секретарше показалось, что вот-вот стены затрясутся.

– А вы смешная, – сказал он, заходя в лифт. – Рад был познакомиться.

– Не могу сказать, что это взаимно, – проворчала Света, когда двери лифта закрылись. – Смешная, тоже мне. Несимпатичный, патлатый, да еще и айтишник. Пф. Из плюсов только мотоцикл, – решила секретарша, мысленно отправляя Павла в корзину. Он на роль потенциального жениха никак не годился. – Ну что за жизнь.

Глава 4

Пучок петрушки на удачу

Света изо всех сил пыталась игнорировать крики близнецов, доносившиеся с кухни, но даже одеяло, натянутое на голову, не спасало от сирены в лице ее младшеньких братьев.

– Да вашу мать. – Девушка подскочила в кровати и сама заорала, потому что ее мать буквально стояла над ней с какой-то бумажкой. – Мама?! Что ты делаешь в моей комнате в семь утра?

– А на что это похоже, Светлана? – с важным видом спросила ее немного пухленькая, но очень красивая мама.

– На то, что изгоняешь из меня демонов, мам, – хмыкнула Светка, сползая с кровати. – Я серьезно… Что ты делаешь?

– Тетя Аля сказала, что на тебе венец безбрачия, и дала мне молитву. Я читаю ее уже третье утро, ты просто до этого крепко спала и не слышала, – невозмутимо ответила ее мать и спрятала листочек в карман огромного халата.

– Мам, вы с тетей Алей чокнутые! – заявила Света и пошлепала босыми ногами в ванную комнату, намереваясь утопиться в душе.

За завтраком близнецы все еще орали, как потерпевшие, выясняя, кто круче, Танос или Капитан Марвел, ее мама квохтала, что дочери двадцать пять и на ней точно венец безбрачия, а Светка радовалась тому, что хотя бы ее отец убежал на работу пораньше. Иначе бы Рамаз Альбертович точно вставил свои пять копеек на тему того, что в его гордом грузинском роду Папаскири ни одна женщина долго в девках не сидела, кроме своевольной и вредной Светы.