Вам нельзя плакать

Вам нельзя плакать

Коул Коц

Саласпилс. Страшное место, где погибло 7 000 детей. Они мечтали вновь увидеть маму и папу, но их желаниям не суждено было сбыться. Всем детям, погибшим в Саласпилсе, а также чудом выжившим, посвящается.

Коул Коц

Вам нельзя плакать

– Алёша, Владик, смотрите, что я нашла, – шёпотом произнесла девочка, тихо-тихо, чтобы надзирательница не услышала.

– Где ты её взяла? – хором спросили её мальчишки.

Они очень часто говорили хором, потому что были близнецами и привыкли всегда быть вместе.

– Это мне дядя Стёпа дал, сказал, что нашёл её, когда окоп рыл.

Четыре зелёных глаза уставились на шишку.

– Кедровая, – гордо произнесла девочка и, оглядевшись по сторонам, чуть улыбнулась.

– А откуда она тут? – спросил Алёша.

– Да, откуда? Тут кедры не растут, – вторил ему Владик.

– Смотрите, тут семечки пересохли. Наверное, черныши их есть не захотели, – предположила девочка.

«Черныши» -так друзья между собой называли немецких солдат.

– Феня, тише, там, кажется, надзирательница идёт, – хором шёпотом сказали близнецы, выхватили у Фени шишку и спрятали в карман Алёши.

Надзирательница обошла барак, пристально посмотрев каждому ребёнку в глаза, что-то пробормотала на латышском и ровным чётким шагом вышла из помещения.

– Давайте поделим на всех, – предложил Владик.

Друзья молча кивнули и раздали всем детям барака по половинке семечка.

– После сытного обеда, по закону Архимеда, полагается играть, – пролепетала Феня и достала из кармана длинную шёлковую ниточку, которую давным-давно нашла в матрасе и теперь берегла как самое дорогое сокровище.

Игрушек у детей не было, приходилось развлекать себя подручными средствами.

– Давайте плести узелки, – проговорили близнецы.

– Давайте с нами? – предложила Феня другим детям в бараке.

Но те лишь боязливо покачали головой, так как знали, что если надзирательница вдруг увидит тебя с игрушкой, то не только её отберёт, но и высечет плёткой до кровавых полос.

– Ну и сидите, трусы, – пробурчал Владик.

– Да, мы и без вас поиграем, – подтвердил Алёша.

– Они просто боятся. Все боятся, – оправдала детей Феня.

Друзья стали плести из верёвочки узелки и узоры.