Подражатель

Он присел на самом краешке подушки, словно готовый напасть, темными глазами наблюдая за каждым их движением.

Винтер вытащил блокнот и раскрыл его:

– Итак, мистер Роберт Дуглас Коутс…

– Роберт Дуглас Сеймур Коутс, – поправил его мужчина.

– Конечно, – сказал Винтер. – Я запишу…

«Придурок»

– Сколько вам лет?

– Двадцать четыре.

– Вы знаете, почему мы здесь? – спросил Винтер, замечая тиканье часов на каминной полке в паузе, зависшей перед его ответом.

Он грустно кивнул:

– Я слышал по новостям.

Вы здесь из-за Альфонса.

– Верно. Значит, вы его знали?

– Я считаю, мне повезло сказать, что я его знал.

– Можно узнать, где вы познакомились?

Чеймберсу пришлось снять куртку, так как он ошибочно выбрал кресло, ближайшее к батарее, излучавшей тепло с неумолимой старательностью.

– В развлекательном центре.

– Где вы?.. – Винтер оставил вопрос висеть в воздухе.

– Плаваю.

– То есть вы… дружили?

– Я скорее назвал бы это отношениями ученика и учителя. Я во многом видел в нем себя, в глубине его нераскрытого потенциала.

Повисло неловкое мгновение молчания, пока Винтер с Чеймберсом оглядывали совокупность глубин нераскрытого потециала Роберта Дугласа Придурка Коутса.

– Вы живете с матерью? – спросил Чеймберс, заслужив этим недовольный взгляд от Винтера за то, что надавил на его подозреваемого.

– Уже нет, – ответил Коутс. – Она переехала в дом престарелых месяц назад.

– Можно спросить, что случилось с вашей ногой? – поинтересовался Винтер, снова завладевая разговором.

Коутс не выказывал признаков, что он вообще услышал вопрос, пока Винтер не повторил: – Мистер Коутс, можно спрос…

– Я порезался… о стекло.

Винтер с Чеймберсом невольно подались вперед, повторяя беспокойную позу Коутса.

– И где это случилось? – подтолкнул его Винтер.

– В развлекательном центре. В душевой.

Двое детективов переглянулись в предвкушении, Винтер пытался вспомнить, в какой карман он положил наручники.

– Уверен, это представляет мало значения для полиции, – продолжил Коутс, – но было похоже, что кто-то раздавил шприц на полу.

Я распорол о него ступню. Было очень больно. Затем я смахнул все осколки в ближайший слив, чтобы никто другой не порезался. Само собой разумеется, я не возвращался с тех пор.

Они оба немного расслабились, обезоруженные очень правдоподобным объяснением.

– Вы читаете лекции в Биркбек-колледже? – спросил Винтер, меняя тему.

– Верно.

– История искусств?

– Если говорить в общем.