Топор богомола

Лимон уставился на него, несколько мгновений помолчал, а затем начал хлопать в ладоши – сначала медленно, затем все быстрее. Он сидел, но его аплодисменты источали энергию овации стоя, а выражение лица говорило о том, что он был совершенно серьезен.

– Носорог, я сочувствую твоей печальной истории и в восторге от того, как стильно ты ее рассказал. Я искренне восхищен! – Его ладони продолжали отбивать быстрый ритм.

Стоявший подле него Мандарин закатил глаза и презрительно скривил губы.

– Какая невообразимая глупость! Все профессиональное сообщество уважает Жука-носорога. Каждый снимает перед тобой шляпу. Если б у человека могло быть одновременно две шляпы, каждый снимал бы перед тобой обе. Множество людей были бы разочарованы, узнай они о том, что ты боишься собственной жены.

…Жук-носорог на мгновение погружается в размышления. «Если подумать, давненько я не видел этих двоих…» Он представляет, каким гордым выглядел Лимон, объявляя, что за строительство на острове Содор отвечает Дженни Паккард, более известная просто как Мисс Дженни, которая владеет Содорской строительной компанией.

Он сует руку в карман своего делового костюма и достает оттуда упаковку рыбных сосисок. Неслышно отрывает пластиковую обертку и съедает сосиску за один присест. Это успокаивает его урчащий от голода желудок. Стул, на котором он сидит, издает тихий скрип, и на него накатывает приступ страха. «Это плохо, очень плохо».

2

К тому моменту как Жук-носорог просыпается, его жена как раз собирается выходить из дома.

– Извини, я оставила твой завтрак на столе, приятного аппетита! – кричит она ему, открывая дверь и в спешке выбегая на улицу. – Я совсем забыла, что утром у нас совещание.

– Приятного аппетита, – повторяет он, наклоняясь над раковиной и умываясь. Затем справляет нужду, моет руки и направляется в гостиную.

В доме всегда спокойнее, когда его жена отсутствует. Дело не в том, что она ему не нравилась или у них были сложности в общении – ничего подобного. За годы их брака Жук-носорог стал любить ее только сильнее – это он мог утверждать с уверенностью, – но было правдой и то, что ему всегда было непросто соответствовать ее настроению.