Топор богомола

 – вслух размышляет Жук-носорог.

Если он стал мишенью профессионала, известного как Шершень, это означает, что кто-то хочет его смерти и нанял для этого Шершня.

– Лето – это время, когда шершни наиболее активны, – комментарий врача звучит как фраза из обычной светской беседы. – Особенно сейчас, в сезон праздника Обон.

– Как думаете, кто его нанял?

– Пройдет еще несколько дней, прежде чем поступят результаты анализов. – Врач тщательно подбирает слова, как будто в его голове работает программа, которая переводит информацию в условный медицинский код.

– Может быть, это расплата за одну из операций, которую я провел… – По правде сказать, Жук-носорог давно уже сбился со счета, скольких людей он убил. Вероятно, он смог бы разобраться в этом, если б просмотрел все медицинские карты, хранящиеся у врача, но, по крайней мере, знает, что устранил больше целей, чем смог бы сосчитать на всех пальцах своих рук и ног. Так что не было бы ничего странного в том, если б кто-то, связанный с одной из его целей, затаил обиду и задумал с ним поквитаться.

Как-то раз он получил работу от женщины, которая хотела убрать своего парня, но тот каким-то образом узнал о заговоре и нанял другого профессионала, чтобы обеспечить свою безопасность. Тот другой профессионал решил проявить собственную инициативу и напал на Жука-носорога.

– Вы превосходно выполнили ту ампутацию.

– Это была не такая уж простая операция, сэнсэй. – Жук-носорог вспоминает свою драку с тем профессионалом, и тут кое-что приходит ему в голову.

Совсем недавно Жук-носорог предотвратил осуществление плана преступной группы по захвату района города и организации серии взрывов, убрав нескольких ключевых ее участников.

– Возможно, кто-то разозлился на меня из-за этого.

– Да, вероятность этого ненулевая.

– Хотел бы я знать, планируют ли оставшиеся члены группы отомстить мне… – Как только он произносит это вслух, мысль оформляется в его голове, превращаясь в яркую рельефную картину, отражающую неоспоримый факт.

Иными словами, заказчик убийств членов террористической группировки и врач-посредник также становились мишенями.

Лицо врача остается бесстрастным.

– Дела вполне могут обстоять именно так.

«Я никогда не смогу понять этого парня.