Поезд убийц

Никто не обратил на меня никакого внимания.

– Уверен, что так оно и было.

– Вторая: даже если кто-то умер по моей вине, я не чувствую ни капли раскаянья.

– Я тебя поздравляю.

– Тогда все это и началось. Я заинтересовался убийствами. Как это – убить кого-то, что человек чувствует, когда ты его убиваешь, все в этом роде…

– Решил попробовать совершить самое страшное преступление из всех возможных, так, что ли? Так ты, что же, вообразил, что ты такой особенный лишь потому, что смог представить себя совершающим нечто настолько ужасное, что сама мысль об этом не может прийти в голову нормальному человеку? Вот что я тебе скажу: любой самый заурядный человек хоть раз в жизни да размышлял о подобном, даже если никогда и не решился это совершить.

– Почему нельзя убивать людей? – спрашивает Принц. Он делает это не из цинизма и не ради шутки, а действительно хочет знать ответ. Хочет наконец встретить взрослого, который даст ему удовлетворительный ответ. Он изначально знал, что Кимура не будет таким взрослым. Он с легкостью мог представить его еще не высказанную позицию на сей счет: в убийстве кого-то нет ничего дурного, если это не я и не члены моей семьи, в противном случае – какая разница.

Кимура ухмыляется, и щетинистые усы топорщатся над его верхней губой.

– Я не думаю, что убивать нельзя. Я имею в виду, если мы не говорим обо мне или членах моей семьи. В противном случае – твори что хочешь, убивай или будь убит.

Принц тяжело вздыхает.

– Это вздох восхищения?

– Нет, я просто разочарован настолько предсказуемым ответом. Впрочем, как и говорил, после того случая я провел мысленный эксперимент. Во-первых, я хотел убить кого-нибудь более целенаправленно.

– И это был тот самый человек, которого ты убил своими руками.

– Именно.

– Так что же, когда ты столкнул Ватару с крыши, это тоже был эксперимент? – Кимура говорит тихо, но его горло перехватывает, и у слов как будто появляется кровавый привкус.

– Неправильное предположение. Твой сын, по всей видимости, хотел поиграть с нами. Мы сказали ему оставить нас в покое, но он не послушался. Мы обменивались карточками на автомобильной парковке на крыше универмага.