Выход

Как только он закончил, они сразу же врубили чертов болевой луч. Никто даже не думал возвращаться за своими вещами. Люди чувствовали себя так, будто их лица плавятся. В группе были дети младше десяти лет, и они кричали, словно их резали на куски. Вы слышали истории о родителях, которые собственными руками поднимали машины, чтобы вытащить из-под них своих детей, однако это было ничто по сравнению с происходившим там. Я видела родителей, идущих прямо под болевой луч, чтобы спасти своих детей. Одна из женщин упала на землю и забилась в судорогах, а ее друг поднял ее на плечо как пожарный, обняв другой рукой ребенка.

Не думаю, что видела когда-либо что-то настолько впечатляющее.

Мы не могли прятаться в лесах. Все пространство просматривалось беспилотниками, следовавшими за нами целыми стаями, пока мы не отошли на двадцать километров. Я хромала весь день и всю ночь, а когда отставала, с неба падали маленькие коптеры и толкали меня, подгоняя как отбившуюся от стада овцу. Я пошла с этой парой, которая несла своего ребенка.

Они остановились, пытаясь разбить лагерь, так как их малыш не мог больше идти самостоятельно и ни у кого из нас не было сил его тащить. Я встала в охранении, отбивая коптеры веткой с листьями. Сверху спускалось все больше и больше этих тварей, в конце концов мы решили двигаться дальше. Они выпросили велосипеды у пары некомбатантов, встретившихся по дороге, после чего уже я начала их замедлять. Пришлось идти своей дорогой.

В конце концов, я упала, но, должно быть, уже вышла за зону действия коптеров, потому что они только кружились в отдалении, стрекоча как цикады.

Я отключилась, а когда пришла в себя, их уже не было. Должно быть, полетели на дозаправку, и линчеватели не посчитали нужным посылать мне эскадрилью медпомощи.

– Что было дальше? – спросила девушка. Ужас в ее глазах… слезы в уголках… видно было, что она переживает рассказ гораздо сильнее своих спутников. Лимпопо догадалась, что она была самой богатой из них, поэтому для нее все это казалось совершенно невероятным.

Лимпопо пожала плечами, почувствовала напряжение, поняв, что вывела ее из пьянящей неги, рассказав о своей жизни. Это произошло три года назад, однако у нее до сих пор не прошло посттравматическое стрессовое расстройство. Рассказ пробудил ярки воспоминания. Эти трое напомнили ей о том, кем в прошлом была она сама – новичок-ушелец, и да: шлеппер. Пожар и вынужденный переход выжгли в ней инстинкт шлеппера, заставив ее понять бесполезность привыкания к вещам.