Выход

– Мне тоже, – слеза покатилась по ее щеке. – Он был уродом, но нашим уродом. Слишком быстро уделывался на любой вечеринке. И в этом его вина. Мне будет его не хватать.

Еще одна слеза.

– Хочешь, обнимемся?

– Нет, спасибо. Просто иди в душ.

Ванная комната ничем не отличалась от тех, что обычно устанавливают в выставочных залах. Активное шумоподавление делало звук льющейся воды практически неслышимым; интеллектуальные алгоритмы управления струями повышали и понижали давление, прогнозируя, куда он хотел направить струю и какую мощность использовать; интерактивные поверхности по двойному нажатию превращали все, что угодно, в зеркало, так что он мог хмуро рассматривать свою задницу и затылок; после того, как он выключил воду, циркуляторы воздуха начали приятно обдувать его теплым потоком, одновременно устраняя конденсат на всех поверхностях ванной комнаты.

– Извини, – сказала она. В ее глазах уже совсем не было слез. Он вытянул руку с использованным полотенцем и вопросительно посмотрел на Натали.

Та взяла полотенце и бросила его на пол.

– Пойдем посмотрим, что там делает Стив.

– Сет.

– Да какая разница.

Сет нашел кладовку и очистил кофейный столик, аккуратно сложив все вещи на незанятый участок пола. Он освободил три стула. На столе возвышалась ваза с фруктами, чайник, кружки и круассаны, пахнущие просто восхитительно.

– Перекусим?

– Молодец, Стив! – Натали была вполне искренна.

– Обращайтесь в любое время, – Сет даже не стал ее поправлять.

Они ели в полной тишине.

Губерт Итд хотел спросить о доме и о еде. О Бильяме, празднике, о том, кто был третьим человеком с бородой, о другой девушке, соучастнице преступления. Однако сон уже сковывал его тело, его веки слипались. Натали посмотрела на него и на Сета, который также готов был упасть со стула, и сказала:

– Ладно, мальчики, ложитесь на диванах. Я тоже пойду спать.

Она поднялась наверх, а Губерт Итд растянулся на наименее загроможденном диване и закрыл глаза, уткнувшись лицом в щель между диванными подушками.

Прежде чем заснуть, на мгновение он увидел скрюченное тело Бильяма и явственно ощутил на своих пальцах бесформенную массу, вытекавшую из его черепа. Его пробрало от макушки до пят, сверху вниз и обратно, а потом он погрузился в успокоительный сон.

* * *

Разбудили его приглушенные голоса. Мутным взглядом он прошелся по комнате, пытаясь сориентироваться: спина Сета на противоположном диване, стена, разукрашенная детскими пальчиками.