Смешные рассказы и юморески

– Как я мечтала встретить какого-нибудь сказочного принца, а попадались одни мелочные жлобы – сказала Ванда.

– А какого мне, имея представления об идеале, испытывать разочарования, общаясь с хитроватыми вертихвостками, которых всегда бесило, что я не попадаюсь на их, шитые белыми нитками, уловки – сказал я.

– Лицемерие и расчетливость – вот что правит миром – сказала Ванда.

– Хочешь прослыть философом в юбке?

– Не знаю, как еще сбить твою насмешливость и цинизм, и доказать, что я – единственная в своем роде – сказала Ванда.

– Настоящая любовь трагична. Как не отшучивайся, но одному несчастному мыслителю не победить того зла, что твориться в мире, а когда герои уходят, остаются одни клоуны – сказал я.

– С тобой хоть в театр не ходи, рассмешил ты меня своим пафосом – сказала Ванда – Давай открывай шампанское, выпьем за то, что ты не собираешься на мне жениться.

– Вот это уже лучше, а то я не знаю, как к тебе подход найти. Все то ты прекрасно знаешь.

– Ты то здесь причем?

Как развенчать представления о самом себе

Для это всего то и надо, что встретиться с новой женщиной или с той, о которой давным давно забыл.

– Ты думаешь, что ты – пуп земли, вокруг которого все вращается и все остальные тебе чем-то обязаны или по крайней мере во всем виноваты – наверняка заявит она.

– То что я – самодовольный и самовлюбленный, и самонадеянный я уже знаю, хотелось бы услышать что-нибудь новенькое о самом себе.

– Ты этим гордишься и выставляешь на показ, а чем ты собственно лучше других тем, что не разделяешь их представлений о жизни.

– Знала бы ты, чего мне это стоило, пока я наконец прозрел – сказал я.

– Ты просто потерпел фиаско, а сейчас ищешь оправдание.

– А кто воспитал несгибаемую силу воли, олимпийское спокойствие и железобетонный оптимизм? – сказал я.

– Ты ничего не добился, тебе даже нечем похвастаться.

– Зато я всегда был свободен в собственных умозаключениях, не искал выгоды и не пытался никого обмануть.

– Жил припеваючи, ничем не жертвуя – ни злобе, ни любви.

– Мне не в чем себя упрекнуть – сказал я.

– Сколько их таких мудрецов, которые себе на уме, пруд пруди, а ты думаешь, что ты единственный в своем роде?

Память девичья

– Боже мой, наконец то. Я стою здесь, как дура, а он даже не торопится навстречу своему счастью.