Проект

Парень смотрит мне в лицо, и его глаза слегка расширяются.

– Я знаю тебя? – спрашивает он.

На его бледном лице лихорадочно краснеют щеки. Под карими глазами пролегли темные круги, словно он давно забыл, что такое сон. На голове сальная шевелюра из черных завитков. И сам он ужасно худой. Я никогда не видела его раньше, и мне все меньше нравится упертый в меня взгляд, поэтому я обхожу парня, ничего не отвечая. Ошибся, и ладно.

– Я знаю тебя, – бросает он мне в спину.

Я присоединяюсь к собравшейся на платформе толпе.

Ненавижу предпосадочную сутолоку, нетерпеливых людей, пренебрегающих сидячими местами, предназначенными для ожидания. Дерганые пассажиры окружают меня со всех сторон, задевают плечами и локтями. Я сжимаю губы, прикрываю веки и потираю друг о друга ладони. «Обожаю» терять выходной ради посещения врача и постановки бестолкового ежегодного диагноза: «еще трепыхается».

– Кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее…[2 - Новый Завет, Евангелие от Матфея, 16:25. «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее…» (синодальный перевод).

]

Я несколько ошарашена странностью слов и нежеланной близостью Того, чьим голосом они произнесены. Открыв глаза, смотрю, не слышали ли их рядом стоящие. Если и слышали, то, в отличие от меня, не обратили на сказанное внимания, их взгляды устремлены на железнодорожные пути. Я решаю последовать их примеру и игнорирую неприятное присутствие за спиной, пока не получаю в нее тычок и не слышу те же слова еще ближе.

– Кто потеряет душу свою ради Меня…

Я поворачиваюсь к парню лицом.

– Слушай, свалил бы ты…

– Ты – Ло! – отвечает он.

Потрясенно замолкаю. В его глазах ни малейшего сомнения, он уверен во мне больше, чем я – сама в себе. Не успеваю спросить его, откуда он знает мое имя и где мог его слышать, так как он снова открывает рот. Его голос тонет в грохоте прибывающего поезда, но я читаю слова по губам: «…обретет ее…» Парень хватает меня за плечо, отодвигает в сторону и проталкивается между недовольными пассажирами, стоящими между ним и краем платформы.

Между краем платформы и…

– Эй! – зову я его. – Эй!

Он спрыгивает прямо на рельсы. Только тогда все наконец замечают его и ждут, что он сделает дальше.

– Еще есть время! – кричит кто-то.

«Еще есть время». Порой нужно оказаться на волосок от смерти, чтобы почувствовать себя живым, ведь именно в такие мгновения хочется жить как никогда.