Чернильная смерть

– Значит, нужно их спрятать! – В голосе Дориа звучало бесстрашие, какое бывает лишь в пятнадцать лет. – Так, как вы урожай прятали.

Реза заметила, что Мегги украдкой улыбнулась.

– Спрятать, ага! – Хват говорил с издевкой. – Замечательное предложение! Гекко, скажи этому молокососу, сколько детей в одной только Омбре, не говоря уж о деревнях. Ты ведь знаешь, он из крестьян и считать не умеет.

Силач поднялся было, но Дориа предостерегающе посмотрел на брата, и тот снова сел на место.

«Я могу поднять малыша одной рукой, – часто повторял Силач, – но он умнее меня в сто раз».

Гекко явно понятия не имел, сколько детей в Омбре, не говоря уж о том, что в счете он тоже был не силен.

– Хватает! – пробормотал он. Ворона на плече перебирала его волосы, вероятно надеясь поймать вошку. – Мухи и дети – это то, чего в Омбре по-прежнему хоть отбавляй.

Никто не засмеялся.

Черный Принц молчал, молчали и остальные. Если Свистун захочет забрать детей, он их заберет.

На руку Резе сел огненный эльф. Она согнала его и ощутила такую тоску по дому Элинор, словно эльф обжег ей сердце, а не кожу. Ей хотелось увидеть кухню, где непрерывно жужжал огромный холодильник, мастерскую Мо в саду, кресло в библиотеке, где так уютно было сидеть, заглядывая в чужие миры на книжных страницах, но не теряясь в них.

– Может быть, это наживка, – сказал Баптиста в наступившей тишине. – Вы знаете, Свистун любит расставлять ловушки.

Он знает, что мы не сможем смотреть равнодушно, как увозят детей. Наверное, он рассчитывает наконец выманить Перепела из леса.

Реза видела, что Мегги невольно теснее прижалась к Мо. Но сам он казался совершенно спокойным, как будто Перепелом был все же кто-то другой.

– Виоланта предупредила меня, что Свистун скоро явится сюда, – сказал он. – Но о детях она не упомянула.

Голос Перепела убеждал Змееглава и завораживал фей.

Но на Хвата он не действовал. Хват помнил одно: еще недавно он сам сидел там, где сидит сейчас Перепел, – рядом с Черным Принцем.

– Ты говорил с Уродиной? Ну и ну! Так вот что ты делал в замке Омбры. Перепел завел дружбу с отродьем Змея! – На грубом лице Хвата появилась брезгливая гримаса. – Конечно, она не стала рассказывать тебе о детях. Очень ей нужно! Не говоря уж о том, что она об этом, наверное, и не знает.