Бремя верных. Книга первая

Михаил не мог знать знаменитую фразу «Позади Москва! Отступать некуда»[1 - «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!» (также «Москва за нами!») – крылатая фраза, сформировавшаяся в 1941—1942 году в период обороны Москвы в Великой Отечественной войне. Приписывается политруку Красной армии Василию Клочкову, и считается произнесённой во время боя у разъезда Дубосеково.] по вполне ясным причинам, но каждый из тех, с кем он делил окоп или батарейные укрепления, чувствовал это своей кожей…

Как они выстояли – Бог весть, но постепенно гитлеровская военная машина покатилась назад.

Непросто, нехотя, но всё-таки покатилась.

Ему ещё повезло: он успел свидеться со своим батей, ушедшим на фронт добровольцем в первые дни войны, до того, как наступил тот самый, «последний и решительный бой». Они сидели в старенькой московской квартире с окнами, заклеенными газетами, и, пропустив по «окопной» соточке, вспоминали недавние бои. Неожиданно отец произнёс нечто вроде «Сынок, я же чуть не забыл, дубина стоеросовая», и скрылся в спальне.

Мама недоумённо смотрела ему вслед, но Николай Иванович уже спешил обратно к столу, неся в руках полевой кисет. Развязав тесёмки, он достал оттуда медальон на тонкой простой железной цепочке, подошёл к сыну и неожиданно сурово произнёс:

– Наклони-ка голову, воин…

Михаил сразу узнал эту вещь, подставил свету хилой лампочки свой бритый затылок. Отец надел ему на шею амулет и произнёс:

– Ни о чём не спрашивай, твой он по праву, мне от деда достался, а тому – от прадеда нашего.

Фамильная вещица, глянь, хоть и не драгоценность. Хотя, кому как. Носи и не снимай, передашь старшему сыну.

– А если дочерями разживусь? – в меру ехидно поинтересовался Михаил. Но отец был предельно краток:

– Тогда первому же внуку.

На том и расстались…

В апреле 42-го Михаил Николаевич узнал, что его отец погиб в боях за Минск… Написала мама, просто письмо шло долго. Не до почты было на фронтах тогда.

А потом под Сталинградом война совершила свой первый поворот.

Стало понятно, что Гитлера бить можно, нужно и – самое главное! – появилось понимание, как именно это делать.

К битве под Прохоровкой уже капитан Сарапулов подошёл командиром батареи противотанковых пушек ЗИС-2. Неприхотливое орудие было ему досконально известно ещё после битвы под Москвой, а в новую модификацию Михаил Николаевич просто влюбился. И здесь, на Курской дуге, он встретил фашистские «тигры» со всем прилежанием.