Чем черт не шутит

Я не хотел этого показывать, но в данной ситуации помощь Витьки Полутрупа могла оказаться весьма существенной. Используя его связи, можно попытаться восстановить все события последнего дня жизни несчастного Макака, отследить буквально каждый его шаг. И, кто знает, может быть, нам повезет. Если окажется, что Макак избавился от видеокамеры до своей преждевременной кончины, это здорово облегчит жизнь тем, кто сейчас стоял над его трупом.

Водила в сердцах шарахнул о стенку последний остававшийся целым табурет.

– Нету! – с досадой развел он руками.

– Как и следовало ожидать.

Витька преданно смотрел на меня, ожидая дальнейших указаний. Я для него теперь был надежа и опора. Царь и бог в одном лице. А мне нужно было собраться с мыслями, чтобы решить, что делать дальше. В смысле, с чего следует начинать поиски убийцы, мне было совершенно ясно. Вопрос в том, не стоит ли, пока не поздно, вовсе отказаться от этого дела. Извиниться перед эстонцами, вернуть им деньги и сплести какую-нибудь затейливую сказочку, чтобы убедить их оставить дальнейшие поиски и смириться с потерей памяти о путешествии в Рай и Ад.

Наверное, это было бы самое правильное решение. Пусть Витька сам разбирается со своими проблемами. Кто он мне? Не друг и не брат. А впутаться в дело с убийством для частного детектива хуже, чем СПИД подцепить: там хоть бывают случаи выздоровления.

Так что же, спрашивается, удерживало меня от того, чтобы сделать Полутрупу ручкой и отправиться к себе в офис? Два слова – Лоя Розье.

Имя и фамилия. Если я сегодня закрою дело, то завтра я уже не увижу Лою в агентстве. И, готов поспорить, она позаботится о том, чтобы старательно замазать свое имя на двери.

Значит, расследование продолжается?

Почему мне все время приходится принимать самые непростые решения? Это как называется? Судьба? Или плохая карма?..

И надо же, в тот самый момент, когда я уже готов был послать судьбу в Тмутаракань и попытаться как-то, хотя бы самую малость исправить свою будущую карму, в кармане у меня завибрировал коммуникатор.

Достав который, я увидел Лою, глядевшую на меня с дисплея.

– Важный звонок, – кивнул я Полутрупу и пошел на кухню.

– Нам не стоит здесь задерживаться, – сказал он мне вслед.

– Я быстро.

Оказавшись на кухне, такой же грязной и захламленной, как и комната, да к тому же еще и провонявшей прогорклым жиром и собачьими консервами, я закрыл за собой дверь и нажал кнопку приема звонка.

– Слушаю.